высококультурный псто про театр

Зато с собакой Баскервиллей, которая тоже была задействована, мы подружились. Вроде бы, сценография мне прямо не запрещала эту человеко-собачью дружбу, но всё равно вышло не очень удобно: собака была глуховата, командовать ей приходилось громко и получалось так, что злодей, вопреки конандойлу, всё-таки Бэрримор.
Постановка успеха не имела. Хотя, спустя двадцать лет можно признаться и честно – балет, сука, мы провалили. Ватсон был женщиной, Холмс вместо трубки курил кишинёвское Марлборо, и только собака выполнила всё как положено – искусала всех и выпрыгнула требовать признания в зрительный зал.
С тех пор театр я уважаю. Потому что знаю, какой это адский труд и талант. Взять к примеру карьеру актрисы – это же казни египетские. С худруком переспи, автору пьесы сделай минет, партнёру по сцене устрой истерику, конкуренткам подсунь булавки в трусы. Ну, и кто после такого способен ангелом выйти под рампу и феерично сказать «кушать подано»? Только талант.
О любой актрисе можно судить по ролям. Режиссёр, хоть и любит клубничку, но всё равно инженер человеческих душ. Понимает паскуда, кто и на что у него в труппе способен. И даёт соответствующее характеру амплуа. Если бы вдруг не было бортпроводниц, то я непременно ходил бы каждый вечер на новую пьесу. Ну, а где ещё так ясно можно понять характер незнакомой ни разу женщины.
Жизнь – театр, и каждые женские отношения лучше всякого частного детектива расскажут, что она из себя представляет. Перед началом любой половой связи стараюсь смотреть на бывших – они, их вид, скажут больше, чем пуд съеденной вместе соли. Если она жила вон с тем мудаком, то значит, достойна этого. Женщины всегда выбирают себе подобных, тех, кто полностью соответствует их роли и типажу. Даже если после этого и орут, что живут с козлом.
|
</> |