В общем да

Егор Холмогоров поделился ссылкой на крик души то ли одного, то ли двух человек, называющих себя национал-демократами, но недовольными недостаточно восторженным образом мыслей Владимира Тора насчёт Евромайдана.

Они пишут, что Тор — пережиток имперства, а украинцы правы, молодцы, пример нам и должны получить всяческую нашу помощь. Упоминается «сладкий хлеб Таможенного союза, вышедший из смердящей клоаки евразийства», и дважды употребляется словосочетание «капуста в бороде».

Предположим, что эти люди искренни, а не подосланы Новодворской. Тогда давно я не видел столь беспомощно совкового образа мыслей. Люди думают, что жизнь — это диспут. По их мнению, только потому, что в определённой системе ценностей, которую они называют национал-демократией, украинцы с евромайдана правы, русские должны их поддержать!

Эти люди полагают, что между большинством русских националистов, не торопящимся связать свои репутации с Евромайданом, и националистами украинскими есть некий идеологический конфликт, виновником которого и кругом неправой стороной (с капустой в бороде) являются русские.

На самом деле, даже если бы украинцы были правы, это бы ничего не изменило. Имеет место конфликт интересов, а не идеологический конфликт. Русские и украинцы претендуют на одни и те же земли, не говоря уж об одних и тех же людях.

По самым лояльным к украинцам меркам, Донбасс, Новороссия и Крым — не украинские земли. При любой доброжелательности русских к украинцам, контролируемая Европой Украина под боком России будет нам гадить. Чтобы всё это отрицать, надо стать на точку зрения даже не украинских националистов, а украинских империалистов и проведших для них границы большевиков. Совки, пытающиеся уйти от «капусты в бороде», впадают в козыревщину.

Идеологический конфликт субъективен, его можно снять, признав правоту противника. Но конфликт интересов не снимается превентивной капитуляцией (а непризнание его существования, непризнание права русских на любую часть современной Украины капитуляция и есть). Он всё равно существует. Он объективен.

В конфликте интересов «правы» могут быть обе стороны. Националист — не обязательно союзник другому националисту. Если им не посчастливилось жить рядом, они будут соперниками.

Эта мысль ни за что в голове совка не уложится. Он идеократ. Национализм для него — не систематизированные интересы своей нации, а очередная идеология. По его мнению, следует всё отдать тому, кто идеологически выдержаннее. Он же прав, о чём может быть разговор?

Я был бы рад предположить, что такая совковая новодворщина — удел отщепенцев, но не строю иллюзий. Большинство остальных националистов тоже идеократы, и от сползания в национальную измену их удерживает только непоследовательность их взглядов.