У нас проблемы?

sheynefros — 27.09.2024 Ближе к полудню к дому, который не стоит перед моими окнами, подъехал фургон, перевозящий мебель. Из него вышли бравые грузчики и принялись открывать задние двери. В этот момент подъехал маленький автомобиль морковного цвета, давно уже снятый с производства в соседнем государстве, из которого выскочил щупленький мужичонка и начал о чем-то обеспокоенно переговариваться с грузчиками, но был сурово остановлен рукой их бригадира, положенной ему непосредственно на плечо и придавшей, по всей вероятности, хозяину мебели, непривычную устойчивость.

Однако из пассажирского сидения морковного драндулета раздался величественный голос:

- Эдуард?! У нас проблемы?

Эдуард, а именно он искал общий язык с представителями фирмы-перевозчика, активно закивал головой. Из драндулета, явно вздохнувшего с облегчением, вышла дама. Катерина, невольно отвлекшаяся от чтения книги, могла только и произнести: "Фрекен Бок", но на ее счастье фраза получилась тихой и мадам ее не услышала.

Коротышка, смешно вытянув шею, пытался выбраться из-под мощной длани бригадира, но сам бригадир, по всей вероятности, забыл об этом своем жесте, ибо устремил взгляд на надвигающийся на него ураган. Виктория Сергеевна, дама корпулентная, всю жизнь свою проработавшая на постах, хотя и не больших, но очень с ее точки зрения важных, а посему голос имела властный, вид внушительный и грозный.

- В чем дело, молодой человек?

- Так и дела никакого нет – оплачено до подъезда, а на четвертый этаж – это уж увольте. Или доплачивайте.

- Ах, какие пустяки! Из-за такой мелочи, Эдуард, ты меня вздумал тревожить. Видно, смерти моей никак не дождешься! Поднимайте всё в квартиру, да я еще вам скажу, как расставить, а то мой олух не осилит и табуретку передвинуть, а об оплате не беспокойтесь.

Обрадованные разрешением конфликта, грузчики принялись за дело, Эдуард суетился вокруг них, а Виктория Сергеевна, поднятая лифтом на четвертый этаж и водруженная колонной по центру квартиры, руководила процессом.

Шум, издаваемый переносимой и передвигаемой мебелью, а также образные выражения, то и дело употребляемые грузчиками, невольно разбудили старушек с третьего этажа, и они отправились сперва в комнату, плотно закрыв балкон, а потом уже и на улицу, поняв, что и в квартире тишину они не обретут.

Катерина подвинулась к краю скамейки, старушки уселись рядком и стали молча наблюдать за процессом. И только Борис Иванович Мустрякин, хотя и получивший вожделенную минеральную воду, всё никак не мог успокоиться и периодически выбегал на балкон и грозился разными штрафными санкциями, но его, как всегда, особо никто не слушал, да бомж Василий, прилегший в тени липы, раскинувшей свои ветви между нашими домами, произнес:

Я подавляю чувства и стремленья,
И оскорблениям не внемлю я,
Чтить чистоту и умереть за правду -
Так в старину учили мудрецы.

Я путь свой, каюсь, прежде не продумал,
Остановлюсь, не возвратиться ль мне?!
Я поверну обратно колесницу,
Покуда в заблужденьях не погряз.

- Цюй Юань, - произнесла вдруг одна из старушек, и скупая слеза оросила ее давно уже не гладкую кожу. - "Все кончено!" - в смятенье восклицаю. Не понят я в отечестве моем".

Катерина с удивлением посмотрела сначала на старушку, потом на Василия и решила пойти погулять в парк, поскольку до обеда еще оставалось как минимум полчаса.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив