Трагедия окраин

gazetazwezda — 23.06.2011 Очередным гостем просветительского проекта «Русские Встречи» стал известный российский журналист, спецкор «Комсомольской правды» Дмитрий Стешин



Он стал широко известен в связи с расследованием деятельности албанских «черных трансплантологов» в Косово, освещением грузино-юго-осетинского конфликта 2008 года, нахождением в течение нескольких дней в плену у ливийских повстанцев нынешней весной. Сфера его журналистских интересов — горячие точки, межнациональные конфликты, революции, трагедия русских на постсоветском пространстве.





Стешин — лауреат ряда престижных журналистских премий. Представлялся к ордену Дружбы за участие в эвакуации удерживавшихся террористами детей из бесланской школы в 2004 году и помощь в расследовании происшедшего, но отказался от награды «по принципиальным соображениям».

Напомним: проект «Русские Встречи» имеет целью знакомство пермяков с яркими, национально ориентированными общественно-политическими и культурными деятелями всероссийского уровня.

Тему пермской встречи, посвященную положению русских диаспор в странах бывшего СССР и на Северном Кавказе, гость обозначил так: «Окраины бывшей империи. Русская трагедия». Вот каковы были его ответы на вопросы слушателей и корреспондента «Звезды».

— Дмитрий, каково ваше видение того, что происходит со страной и с нами?

— Империя съеживается подобно шагреневой коже. Результат: десятки тысяч убитых, искалеченных, ограбленных, бежавших куда глаза глядят. Более 300 тысяч русских беженцев вынуждены прозябать в глуши без какой-либо господдержки. В жизненном тупике. Власть никак не реагирует на это. С треском провалилась программа возвращения соотечественников на историческую родину. Азиатские и кавказские республики по-прежнему видят в России дойную корову и пытаются решать проблемы за ее счет.

Проблема известна мне не понаслышке. Объехал русские общины Кавказа — от относительно спокойной Адыгеи до Чечни и ставшего ныне зарубежным Закавказья. Общая картина неутешительна: кавказское население, переживающее одновременно вспышку пассионарности и демографический взрыв, выдавило «пришлых» и продолжило расширять ареал своего обитания за счет исконно российских территорий. Что обостряет все межэтнические болячки, конфликты идут сплошной чередой. Пример тому — Ставрополье, где доходит до вооруженного противостояния. Расчет делается не только и не столько на скупку недвижимости, сколько на постепенный захват. Симптоматично: кавказцы явочным порядком даром используют землю, а арендовать ее отказываются. Мол, всё равно наша будет. Лозунг «Русские — за Ростов!». Власти же заняли страусиную позицию. Частые межнациональные драки прилежно записываются в сводки как «бытовые конфликты». Спустя рукава велось следствие о гибели в селении Иргаклы главы местной администрации потомственной казачки Любови Кокоревой (сожгли вместе с домом сразу после ожесточенных муниципальных выборов, на которых она победила).

И ведь не только и не столько с бандподпольем тамошним стражам правопорядка приходится дело иметь. Стычки их «с не совсем адекватными» представителями силовых структур соседних Чечни и Дагестана стали обыденностью для Минвод и Пятигорска. Пришлось даже создавать специальное подразделение по борьбе с заезжими дебоширами в погонах. Однако просуществовало оно недолго. Распустили, а на его начальника дело завели.

Особый разговор о тех русских, которые некогда поселились в кавказских и среднеазиатских и прибалтийских республиках и оказались «мигрантами-оккупантами». Подавляющее большинство их возмущено: «Мы стали третьесортными людьми», «Россия нас предала, бросила на произвол судьбы!», «Нас гнобят по-разному. Если произошло ДТП, кавказец, будь он даже трижды не прав, показывает на свою машину и безапелляционно заявляет: «Завтра новую такую пригонишь»…

Русские диаспоры в основном фольклорно-церковные. Храмы чуть ли не единственное место, где русский человек может найти уж если не поддержку, то хотя бы слово утешения. И то священники, с которыми я встречался, крайне неохотно рассказывают о тяготах их паствы. Боятся мести. Был на Пасху в грозненском храме. К ночи из прихожан там остались только военные. Остальные побоялись возвращаться поздно. Жаловаться властям? Но это идет вразрез с местными понятиями, рассматривается как стукачество. Исключение составляет Дагестан, где правозащитные организации следят, чтобы русскую молодежь принимали в вузы, чтобы у русских не скупали за бесценок дома.

— А что же казачество? Может, стоит ему самоорганизоваться с целью отпора, поддержания правопорядка?

— Да, ставропольские казаки — реальная, хотя и разрозненная сила. Взять атамана Сергея Минаева с его «станишниками». Из всё тех же Иргаклов. Повадились кавказцы внаглую скотину пасти на огородах, на кладбище. Говорят, что недоглядели. В милицию же не пойдешь жаловаться на баранов! И продолжалось это все, пока один казачок баранов этих не пострелял. И заборы им посшибал на тракторе. Горе-чабаны и присмирели. Другой случай. В центре села сидит пьяный кавказец, пьет водку. Милиционер делает замечание — распитие в неположенном месте. Тот: да кто ты такой, чтобы мне замечания делать! Подходит казачий патруль: «Не уберешь водку, выпорем». «Джигит» — в крик: «Не имеете права!» Есаул кивает на милиционера: «Он такого права не имеет, а мы имеем. Уразумел?» Сразу шелковым стал. Но такое силовое позиционирование — скорее исключение. Мораль: кавказец уважает силу, считается с ней.

— Чем же тогда объяснить, что в армии два-три «дага» могут целую роту «прессовать»?

— Ущербной ментальностью славян и других непассионарных народов. Подорванным генофондом. Преимущественно женским воспитанием.

— Так что ж — отделять Кавказ?

— Де-факто он уже отделился. Стал этакой прорвой, куда забухиваются колоссальные средства. В то время как российская глубинка задыхается от недостатка средств. Это понимают все, но боятся признать. Не исключение наши «союзники» — Южная Осетия с Абхазией.

— Значит совместный отпор грузинской агрессии в 2008 году — ошибка?

— Ни в коем случае! Так поступило бы любое государство, не считающее себя портянкой.

— А как же быть в случае отделения с многочисленными кавказскими диаспорами, в том числе в Прикамье?

— Мне импонирует формула «независимость в обмен на депортацию».

— Дмитрий, я, как и вы, много бывал на Балканах. Не кажется ли вам, что тамошняя ситуация в миниатюре воспроизводит распад, происшедший у нас и, не дай, конечно, Бог, указывает возможную перспективу.

— Да, параллели и уроки налицо. Будь то события в Боснии, Сербии или Косово. Непризнанные и полупризнанные государства, оценив «косовский прецедент», задают «мировому сообществу» логичный вопрос: «Почему албанцам можно, а нам нельзя?» Внятного ответа пока никто не дал. Политика двойных стандартов успешно работала на Балканах, помогая разруливать конфликты не по совести, а так, как это было выгодно Западу. Я однозначно на стороне сербов. Прямая аналогия: Сербия — дочь, на которую напали бешеные псы. Вопрос — защищать ее или нет — для России даже стоять не должен! Беда, однако, в том, что у нее очень ограниченные возможности влиять на мировую политику.

— А каковы личные впечатления от «волны арабских революций»?

— Судите сами, насколько объективен пиар таковых. В Каире 25 миллионов жителей. На площади, постоянно мелькающей на экранах, и 100 тысяч не поместится. И мельтешение перед видеокамерами этой толпы выдается за всенародное волеизъявление! И так почти по всему Ближнему Востоку и Северной Африке. А разгадка проста — борьба за нефть.

— Вспомним события двадцатилетней давности. СССР сам распался или таки его целенаправленно развалили?

— У СССР был реальный выбор и возможность реформировать политическую и социально-экономическую систему, ведь она себя отнюдь не исчерпала — Китай тому подтверждение. Увы, вполне определенными — антирусскими — кругами был задан вполне определенный вектор развития.

— Существует ли реальная политическая сила, способная направить развитие страны в нужном направлении? Ну, там, какая-либо из ныне существующих партий, Народный фронт, подлинно национальный лидер?

— Политические партии не работают. Только сетевые структуры. Медведев — реинкарнация Николая II, Путин — как бы второй Распутин. Исход будет соответствующий. Самый лучший кандидат на роль флагмана национальной революции — Навальный с его РосПилом. Он попал в самую болевую точку. Кроме того, он харизматичен, приятен, располагает к себе. Русский народ, судорожно ищущий пути выхода из тупика, нуждается именно в таких лидерах. Самый же лучший способ вызвать революцию в России — отключить Интернет. Тогда всё, что бушует там, выплеснется на улицы. Но это тоже может обернуться тупиком.

— И, наконец, исконно русские вопросы — кто виноват? что делать? что день грядущий нам готовит?

— В сегодняшнем ужасном положении наших соплеменников виноваты постсоветские элиты, нынешняя антирусская власть. Почему — ответ прост: власть имущие — продукты одних и тех же комитетов — КПСС и ВЛКСМ. Им по-прежнему роднее и ближе, прежде всего из экономических соображений, личные отношения, чем проблемы собственных государств. И тем, и другим наплевать на свои народы, лишь бы была возможность безболезненно реализовывать собственные узкокорыстные проекты. СССР, а затем Россию скреплял патернализм. Сейчас «патер» — отец — как бы в запое, семья в развале. Боюсь, что процесс зашел на стадию необратимости. Это как фарш, который уже никогда не станет куском мяса. Грядущее? Одно скажу: впереди — если осознаем подлинно русские интересы и научимся отстаивать их — не безнадега.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив