ТИТУЛ
grid_ua — 06.12.2025
Как известно, московские государи, начиная с Ивана IV,
носили титул царя и великого князя. Причём оный титул
происходил от имени славного римского патриция Гаюса Юлиуса Кайсара
(Gaius Iulius Caesar), означая ни что иное как императора.
Собственно, у германцев были те же яйца, только вид сбоку: в
их наречии императорскому соответствовал немецкий титул
кайзер (Kaiser). Отсюда следует довольно тривиальный вывод:
Московия стала империей задолго до Петра I, когда Иван IV 16-го
января 1547 года был венчан на царство.Тогда в чём же смысл принятия Петрусом Примусом титула Императора Всероссийского 22-го октября 1721 года по ст. ст.?

«Портрет Петра Никифоровича Крёкшина». Картина кисти неизвестного художника, XVIII век.
Считается, что этим актом он адаптировал царского титула к существовавшей в Европе системе титулатур. Дескать, Пётр Алексеевич модернизирует Россию, переводя её на западные рельсы: меняет всё от платья, причёсок и языка до внедрения новой техники и технологии, а посему в духе собственной политики вводит и новую терминологию, которая призвана адекватным образом описывать новые реалии, в том числе и титулатуру.
Вроде бы, всё логично. Но есть нюанс.
Жил-был во времена Петруса Магнуса дворянин Пётр Никифорович Крёкшин. Подвизался он по чиновной части. Бывал даже под судом за растрату казённых денег, но после его оправдали. В общем, егда Пётр Никифорович вышел в 1726 году в отставку, то посвятил себя любимому делу – созданию исторических трудов о царствовании великого тёзки. В итоге, понаписал он много чего, включая и весьма занятную книгу под затейливым – в духе XVIII столетия – названием «Краткое описание славных и достопамятных дел императора Петра Великаго, его знаменитых побед и путешествий в разныя европейския государства, со многими важными и любопытства достойными произшествиями, представленное разговорами в царстве мёртвых генерал-фельдмаршала и кавалера российских и Малтийскаго орденов графа Бориса Петровича Шереметева, боярина Федора Алексеевича Головина и самаго сего великаго императора с российским царём Иоанном Васильевичем, с шведским королем Карлом XII, израильским царем Соломоном и греческим царем Александром».
Да, любі друзі, фабула у книги получилась весьма нетривиальная: деяния первого российского императора подаются в ней в виде диалогов, происходящих в царстве мёртвых. В общем, эта штука позабористее Джонатэна Свыфта (Jonathan Swift) с его Гулливером будет!..

Титульный лист труда П.Н. Крёкшина.
Да, так вот – о титуле. Есть в книге Крёкшина такой замечательный фрагмент (орфография авторская, пунктуация моя) [Крёкшин П.Н. Краткое описание славных и достопамятных дел императора Петра Великаго, его знаменитых побед и путешествий в разныя европейския государства… – СП(б): Императорская типография, 1788. – с. 55 – 56]:
«Когда пришёл в царство мёртвых царь Пётр Алексеевич, тогда реченной Шереметев царю Иоанну Васильевичу донёс. Царь Иоанн Васильевич Шереметеву велел донесть царю Петру Алексеевичу, чтоб он к нему пожаловал; когдаж Шереметев царю Петру Алексеевичу повеление царя Иоанна Васильевича донёс, то царь Пётр Алексеевич пришёл к царю Иоанну Васильевичу. Царь Иоанн Васильевич говорил: ты ли – царь Пётр Алексеевич Московской? Император говорил: я – император Пётр Алексеевич Московской. Тогда царь Иоанн Васильевич в великой смутности говорил: коликия я подъял тяготы и труды! Царство Астраханское и Казанское, утвердил в Москве царской престол и коронован коронами царскими и по мне крови моей были цари, и короновались коронами царскими, а ты объявляешь себя императором! По сих словах тяжко воздохнул и, ходя, говорил царю Петру Алексеевичу: как ты потерял корону царскую? Император Пётр Алексеевич отвечал: я не потерял, но увеличил. Царь Иоанн Васильевич вопрошал: скажи мне, императора титул что есть? Император говорил: император есть кесарь. Царь Иоанн Васильевич, приступив к императору Петру Алексеевичу, обнял его и говорил: радуюся о сем, и изволили вместе сесть…».
Оставя в стороне Ивана Грозного, ибо тут он – персонаж абсолютно мифологизированный, остаётся заметить, что ко временам Елизаветы I (а писалась сия книжица, вероятно, в её правление, ибо, несмотря на год издания, умер Крёкшин в 1763 году) в Российской империи истинное значение царского титула, судя по всему, забылось и воспринималось просвещённой публикой едва ли не как блажь варварского правителя – что-то вроде эфиопского негуса.
Правда, не совсем ясно, а как с этим обстояло дело при Петре Алексеевиче…
Больше интересного – тут.
Как увеличить прибыль СТО за счёт модернизации оборудования 
