Оплата зарубежных сервисов и подписок 
Забытые технологии прошлого. Скелетный танк, перстень-пистолет и Crimson 
САЛАТ С РЫБОЙ ГОРЯЧЕГО КОПЧЕНИЯ 
Минск предновогодний 
Вечернее 
IQ (idiotic question): о соотношении политики и экономики в цене генераторов 
Зимний рассвет 
Ворота каньона? 
На раёне тишина социономика // социальные сети Социальные сети – это, прежде всего отношения между людьми, а не сами технологии. Об этом в своей книге Socialnomics (Социономика) пишет Эрик Кволмен (Erik Qualman). Социономика – учение XXI века об экономике, которая ...
Сувениры
realnieistorii — 22.07.2022
Давным-давно, когда меня еще не было в планах, батя гонял за длинным рублем на целину. Два месяца неустанной пахоты, длинный рубль в кармане, возвращается в деревню с подарками. Какая-то пара тысяч километров поездом, сотня автобусом, полтинник – в кузове попутного грузовичка и всего-то пятнадцать верст пешкодралом по лютой болотине до родных мест, где волки срать боятся. Родной дом, родное крыльцо, жаркие объятия, ужин.
— Мам, я там гостинцев привез, гляди в рюкзаке.
— Господи, что это?
Смущенный батя достает из рюкзака два кирича.
— Однокашники подшутили. Надо же, даже не заметил.
Прошло пятьдесят лет. Батя осел на Урале, я родился и чутка подрос, батя стал дедом.
Старшенького тренер погнал в поход на Таганай, ну и меня за одним пригласил. Я немного подумал, взял младшенькую, ну и деда сблатовал. А то живет, понимаешь, полвека на Урале, а дальше аэропорта и не бывал. Выгружаемся в Златоусте, делим рюкзаки. Я, разумеется, беру самый большой, там две палатки, четыре спальника, шмот на всю банду и всякая хрень по мелочи, в совокупности давшая килограммов двадцать.
Деду достаются надувные маты, что-то еще, килограмм на пять.
Младшенькая тащит аккумуляторы для сотовых и раций, а также длинного плюшевого кота с погонялом Шашлык. Килограмма полтора.
Старшенького нагружаю водой, жратвой и кухонными принадлежностями. Полновесная десятка.
— Не ной, — говорю, — на горе все съедят, выпьют, обратно пустой пойдешь, горелка, котелок, да тарелки с ложками.
Двинули. Давненько я так не упахивался. Маршрут, который по молодости я пропрыгал бы на одной ноге, еще и утащив весь скарб без остатка, давался тяжело. Масса давала знать, к моему удивлению, корни деревьев и камни легко продавливали подошву ботинок, превращая ступни в орущие нервные окончания. К тому же нельзя было курить на виду у спортсменов. К первому привалу мы с батей основательно вымотались.
— Как ноги? – осведомился я у бати на первом привале, — подошву не проламливает?
— Да ноги-то нормально, но в гору идти выматывает.
Мелкая ныла в голосину и требовала немедленно вернуться домой. Старшенький насуплено сопел. Ныть ему было категорически нельзя. Рядом – тренер. Передохнули, двинули дальше. Мы с батей малек задержались, устроив украдкой перекур. Мелкая пошла с основной группой.
— Держи рацию, побегу вперед, попытаюсь догнать спортсменов, дойду до лагеря, скинусь и вернусь за тобой.
Я рванул догонять, периодически связываясь с батей.
— Тут курумник, метров пятьдесят! Иди осторожно!
— Принято.
— Дошел до курумника?
— Пока нет.
Батю я уже порядком обогнал, но группу догнать не мог. Они неслись в гору, как лоси, по всей видимости. Спортсмены, хули. Что меня беспокоило, так это то, что с ними неслась младшенькая, спортивности в ней было разве что чуть-чуть, чисто от латиноамериканских танцев.
Вызываю батю, молчит.
— Да ну нахер, не мог я его на пару километров обогнать, — думаю. Ладно. Устроим перекур, сажусь на тропке, периодически щелкая клавишей приема-передачи. Тишина. Становится ссыкливо. Подумываю двинуть обратно. Вверх могучими скачками несется группа триатлонистов.
— Дедулю видели по дороге?
— Да, он рацию потерял в курумнике, в трещину свалилась. Но мы ее помогли найти. Бодрячком старикан!
Живой и ладно, со связью потом разберемся, прыгаю дальше. Дальше еще три или четыре курумника и душераздирающий подъем. Если бы был бабой – точно бы расплакался.
На подламывающихся ногах захожу в лагерь, скидываю рюкзак, отстегиваю сумку. На меня с кулаками налетает мелкая.
— Папа, ты меня бросил!
— Ну… Э… Технически это ты упорола от нас с дедом, кстати, я бегу за дедом. Ты со мной? Разумеется нет, — сиди в лагере, скоро вернусь.
Хватаю термос, несусь обратно. Вниз не вверх. Вниз – запросто. Спустя метров 800 встречаю батю. Тот курит и отрешенно смотрит вверх пустым бессмысленным взглядом. Наливаю чайку, забираю рюкзак. Кое-как заползаем. Ставим палатки. Спортсмены строятся и собираются штурмовать вершины.
— Я остаюсь в лагере, мне за вами не угнаться, походу годы уже не те, — сокрушенно сообщаю, — приготовлю ужин. Стая спортсменов уносится ввысь. Мы с дедом и мелкой остаемся на хозяйстве. Мелкая мгновенно загружается в спальник и споро выдвигается к Морфею. Мы с дедом обстоятельно шуршим по хозяйству. На ужин соображается недурственная шурпа из сушеных овощей, тушняка и картофана. Вернувшиеся из похода спортсмены тут же сметают.
Ночью +4, неплохое испытание спальникам и термобелью. Не сказать, что было комфортно, но и не экстремально, приемлемо, короче. Просыпаюсь, как обычно, первым, задолго до всех, предпринимаю одиночную экспедицию в нарушение местных правил. Нахожу в зарослях бесподобный ручеек, мелким водопадиком стекающий со скалы в кристально чистую лужицу, служащую водопоем местным тварям, судя по куче тропинок и завалам звериного помета. Попыхивая сигареткой, встречаю рассвет, сидя жопой на скале. Одиночество и буераки. Лепота.
Возвращаюсь в лагерь, завтракаем, собираемся.
— Дед понесет вовкин рюкзак, — памятуя о том, как тяжело было бате на подъеме, командую, — там килограмма два посуды осталось только.
Снарядились, потопали. Вниз – не вверх, вниз – легко. Корни и камни, правда, долбят по нервам. Ощущение, что мяса на ступнях у меня больше не осталось.
Прямо перед выходом из парка лютый тягун километра на три. Недаром маршрут назвали пыхтуном. Спортсмены упороли вперед, ползем втроем, я, батя и мелкая. Я – впереди, батя – сзади, периодически останавливается и наваливается на дерево, мелкая носится между нами челноком.
— Маш, не носись зря, устанешь, — ругаемся мы на нее с дедом. Бестолку. Эх, молодость! На шагомере у меня сорок километров за двое суток. По горам. У мелкой, поди, все сто пятьдесят.
До парковки остается метров триста. У мелкой, ожидаемым образом, кончается батарейка, она усаживается задницей на тропу и ревет.
— Я больше никуда не пойду!
— Маша, если ты здесь останешься, тебя съедят медведи!
— Пусть съедят!
— Маша, до стоянки осталось всего ничего, а там мороженка и большая бутылка газировки!
— Ну и что!
Дед разводит руками и закуривает, пользуясь паузой. Мне нельзя. Я же положительный папаша.
Так как вербальные духоподъемные способы были исчерпаны, слегка приподнимаю ее за шиворот и по-отечески нежно придаю ускорение взъемом стопы. Экстраординарные меры имеют оглушительный успех. Оставшееся расстояние преодолеваем спринтерским темпом.
Спортсмены пьют чай на стоянке.
— Сильно мы отстали? – интересуюсь у тренера.
— Не, минут на десять.
Открываю багажник, сваливаю туда свой рюкзак прямо с плеч, из которых мгновенно отрастают крылья. Батя устало плюхает свой рюкзак под колесо. Зацепляю его одним пальцем и чуть не падаю на щебенку от неожиданной тяжести. Сука, там же всего четыре тарелки, четыре вилки, четыре кружки и кастрюля с горелкой! Все из титана. Немедленно открываю. Помимо кухонной утвари там лежит булыжник килограмм на семь.
— Вовка! Это че такое? – изрыгаю вопль.
— Тренер велел взять на память с горы.
Батя задумчиво, с некоторой ноткой ностальгии, смотрит на булыжник, отворачивается и беззвучно ржет, брызгая слезами из-за седых ушей.
— Чтобы ноги были крепче, — объясняет подошедший тренер.
— Да у деда они смолоду крепкие, — ржу я, — еще с целины.
Оставить комментарий
Популярные посты:
Архив записей в блогах:
29 ноября вечером король посетил представление Королевского варьете в Альберт-Холле. домашних животных местных жителей. Комик сказал: "Они король Чарльз, вас назвали в честь спаниеля — будьте очень осторожны, они съедят вас заживо". (Имелась в виду порода собак ...
В апреле 1970 года вышел "Live Cream" (также известный как "Live Cream, Volume 1") - концертный сборник британской рок-группы Cream. Этот альбом содержит четыре концертных трека, записанных в 1968 году, и один студийный трек "Lawdy Mama" 1967 года. Инструментальный трек для "Lawdy ...
Челябинское Региональное Отделение "Молодой Гвардии Единой России", организовало сбор вещей для людей, пострадавших от пожаров этим летом.За один день поступило более сотни звонков. Люди интересуются, что требуется для погорельцев, что можно ...
BioWare опубликовали материалы о костюме самого загадочного союзника Инквизиции. Коул — призрачный персонаж, способный незамеченным пройти сквозь толпу. Столь же незаметно он может и перерезать врагу горло, а потом уйти, не оставив следов. Те немногие, кто его видел, вскоре забывают ...
