Спросонья

heliphile — 10.04.2025 Мне не хватало раскрепощённости, чтобы с разведёнными руками и ногами прижать её, конвульсирующую от хохота, к стене. Я то и дело складывался в какой-то инструмент, что-то вроде штопора и тщетно искал ее горлышко и пробку. Ирка была то ли на резьбе, то ли под сургучом. И все-таки свою танцевальную фигуру вратаря в гандболе я исполнил и, растопырив руки, припечатал ее своим выпирающим животом к дверце шкафа.

Она шепнула мне, что для начала хочет выпить стаканчик самогона, и я пропустил ее к столу. Она выпила не один, а пару стаканчиков, один за другим, сильно запрокидывая голову, закусывая маленькими сочными яблоками, лежащими в вазе. С набитым ртом она повернулась к мне и закатилась смехом слабоумной.
(Такой я ее еще никогда не видел. А ведь мы были знакомы уже лет сто семьдесят, с младшей группы детского сада.)
Потом она потрогала указательным пальцем огромную бородавку у меня на носу и громко сказала, как будто была в наушниках: «Я сегодня проехала Курскую и пришлось ехать до Трёх вокзалов. Я так расстроилась, что матом заорала на весь вагон, хорошо там никого не было».
«Нравится моя бородавка?»
— спросил я с чёткой артикуляцией.
«Очень!»
«Потрогай ее в последний раз, завтра ее удалят», — сказал я.
Она поджала губы и тихо сказала: «Как жалко».
Было видно по глазам, что она моментально захмелела.
«Когда мне ее отрежут, я могу залить ее эпоксидкой и сделать кулон для тебя», — пообещал я.
«Это было бы чудесно».

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив