Сонет 138

Обычно на день рождения подарки дарят «новорожденному». Мария, Машенька Алехина на свое 25-летие сама дарит подарок. Нам всем. Дарит спасательный круг.

Посмотрите на лица вокруг себя. А те, кто посмелее, просто взгляните в зеркало. Много вы видите лиц одухотвореных, освещенных светом самоотверженности, доброты, мудрости, готовности к самопожертвованию? Когда вы видели такое лицо по телевизору? А в церкви?

Мы стараемся не замечать этого, стараемся не думать. Но мы же живем в таком, к слову сказать, созданном нами же мире, где сами эти слова - про самоотверженную доброту и жертвенную честность – звучат как не от мира сего. В лучшем случае, услышав что-то такое, кто-то грустно улыбнется. В худшем – озлобленно загогочет.

У всех свои дела. Очень важные дела. Нужно выплывать. Нужно выживать. Нужно выращивать детей и внуков. На каждом своя ответственность, своя ноша. Где тут думать о чем-то большем? Нет времени, нет жизненного ресурса. Ну, в лучшем случае, чертыхнешься на очередную телехарю. Ну, как вершина гражданственности, сходишь на митинг.

А на большее нет ни времени, ни души. Работа, деньги, семья, деньги, карьера, деньги... Ну, и погулять, конечно... А для чего же еще мы живем?..

И тут появляются несколько девочек. Совсем молоденьких. И отправляются в дом к дракону. Драться. И дерзко кричат дракону в самое ухо, что он никакой не голубь. И не святейший, и не величайший, и даже не просто выдающийся.

Но это было только начало.

Дракон их услышал. И сделал то, что делает любая змея – ухватил (к счастью не всех) и стал душить своими кольцами, требуя взять сказанное обратно.

Что бы сделали вы? Конечно бы, взяли. Ради детей, ради своей жизни, просто ради здравого смысла – ну, кто же дерется с драконами? В общем, причина бы нашлась...

Что делают они? Они продолжают на весь мир кричать про жалкую ящерицу и про оскверненный дом того, кто две тысячи лет назад  и сам очищал Храм .

И вот они в тюрьме. Казалось бы, всё, успокойтесь...

Но... доблесть обязывает: Мария не успокаивается. И из тюрьмы ее голос звучит так же громко и чисто. Теперь она воюет уже против тюремной, не исправляющей, а калечащей души системы. Системы, к слову сказать, дорогие друзья, построенной если не при нашем непосредственном участии, то с нашего одобрения.

А вы смогли бы? Я не о тех, кто своими поганными языками порочат их светлые имена, одни – за жизненные блага, другие просто от душевной низости и непроходимой тупости. Я о вас – о приличных, нормальных людях. Смогли бы? Вот в том-то и дело...

Сегодня любят праздновать юбилеи. На сцену выходят заслуженные 50-, 60-, 70-, 75-ти и так далее –тилетние юбиляры и принимают поздравления и подарки от профессиональных поздравителей. Многие – достойнейшие люди. Но как скромно, как мудро они молчат о той помойной воронке, в которую превратилась российская жизнь. В лучшем случае, чуть улыбнутся «между строк». А сказать громко? Нет, что-то мешает. Жизнь, прожитая под советским прессом? Так, ведь некоторые из них в советское время были храбрецами отчаянными. Усталость? Пришедшая  с возрастом мудрость? Не знаю. Только не слышно этого громкого слова.

А тут совсем иной юбиляр. Не на сцене. В тюремной больнице. После голодовки. За  человеческое достоинство. Против судебного произвола. За права заключенных.

Совсем иной образец гражданского поведения. Совсем иной образец жизни. Как же нам этот образец нужен! Как же нам ценен Машин подарок, подарок Марии!

А знаете? Они ведь не случайно обратились к пречистой деве Марии – к той Марии, которая тысячу лет охраняет Россию своим покровом. Неслучайно. Тут ведь родство душ...

Потому-то  их молитва и была услышана. Вы этого еще не поняли? Ничего, увидите сами...