Собачиха

kakula-pera — 30.03.2017 Жила у нас на девятом этаже тётя Вила. Сейчас бы её назвали как-то более толерантно (фриганкой или как-то так), но вообще она была просто бомжихой. Тётя Вила всегда тусовалась на помойке и носила в свою двухкомнатную хату горы хлама. И подбирала всех бездомных собак. Не знаю, сколько их было, не меньше миллиона.

Вилка никогда не мыла ни себя, ни собак. Ездили они с собаками с девятого этажа и часто, в лифте всегда воняло так, что приходилось не дышать все семь этажей.

В подъезде всегда водились табуны блох. Иногда кто-то вызывал санстанцию, и их травили чем-то ещё более тошнотворным, чем Собачиха. Тогда же, по странному стечению обстоятельств (конечно, плановый геноцид пиндосами меня, интеллектуальной элиты Донецка), отключали лифт на ремонтные работы, на три месяца. И ходила элита с седьмого этажа, дыша тётей Вилой, собаками и антиблошиным ядом и обуреваема противоречивыми чувствами.

С одной стороны, Вилка была вонюча, много выпивала, срала на комфорт соседей, к ней постоянно ходили друзья, бомжи и алкаши, и обсыкали лифт и подъезд.
В то же время она была типа милосердна и добра. Помогала собакам. Всегда тепло ко мне относилась (за то, что не было матери). Была глубоко несчастна.

Когда-то у неё была дочь-проститутка и двое внуков, Валера и Костя. Я хорошо запомнила дочь одетой в какие-то сетчатые колготы и кофту без лифчика с обвисшими сисями. И внуков помню. Не знаю, куда они делись. Их много лет не видно, наверное, не общаются.

Мне тогда не хотелось быть как все, ругаться с ней, я старалась найти в ней хоть что-то хорошее. Но, господи, как же она воняла и сколько неудобств причиняла соседям.

Тётя Вила выпускала своих собак ночью на улицу, и те лаяли под окнами. Однажды мой нежный муж не выдержал и среди бессонной ночи стал орать из окна: «Да заткинесь вы падлы!», паля по ним из пневмопистолета. Падлы так и не заткнулись.

Как-то тётя Вилка проходила свидетельницей в каком-то уголовном процессе, и там её называли «гражданка Фокина». Она сидела там вонючая, накрашенная, важная и деловитая. С тех пор мы тоже зовём её «гражданкой Фокиной».

Несколько лет назад соседнюю с Фокиной квартиру выкупила молодая одинокая мать Ида. Ида стала бороться с вонючкой разными методами и, по ходу, натравила на неё чёрных риелторов. Собачиха надолго пропала, и мы подумали, а не случилось ли чего? Вообще-то вздохнули с облегчением. Через несколько месяцев она стала появляться на улице, и оказалось, что живёт теперь у подруги, ей угрожают, но врагу не сдаётся наша гордая Собачиха.

У подруги она стала чаще мыться, не так вонять и оставила только одну собаку, с которой и ковырялась дальше по мусоркам. Весь хлам она так же продолжала таскать к себе на девятый этаж.

Когда я родила, она донимала меня поздравлениями и хотела подарить Сашеньке игрушечку: «у меня их много». Я отнекивалась и уходила от греха подальше – игрушки ведь с помойки. А как-то она выхватила мою подругу и вручила игрушку её дочке, прямо в руки. Вероничка схватила и ни в какую не захотела отдавать.

Думаю, насколько же надо быть глухой к чувствам других, чтобы думать, что этим она делает добро? А ведь она на самом деле так считала! Тётя Вила всегда обижалась на чёрствых соседей, которые её не понимают.

Где грань между добром и злом? Милосердие и похуизм. Любить собак и срать на соседей. Дарить ребёнку игрушку – с помойки. Лезть на контакт с чужими детьми, потеряв контакт со своими. Красить губы и не мыться.



Вот такая проверка христианских добродетелей на вшивость. Я – не добродетельна и не милосердна. Я не понимаю такого добра. Невозможно видеть божественное в человеке-помойке.

 П.С. А вот если представить, что после смерти Собачихи в хате находится её гениальный философский труд, откровенные мемуары или просто нечто, наделавшее много шуму? Тогда её образ жизни сразу же становится признаком эпохи, чем-то значимым, осознанным отказом от общества потребления, навязанным культурных норм и т.п. Прикольно было бы))) 

Оставить комментарий

Популярные посты: