Слёзы военкiра

От русского солнца совсем рассвело,
Победа слепит-пламенеет.
Бурлит и клокочет в полях СВО,
Сминая хохлов всё сильнее.

«Товарищ, я горе не в силах унять,» –
Сказал военкiр военкiру, –
«Слабей и слабей шлют терпилы донат.
Ведь пустят так падлы по миру.

Не держатся что-то совсем ВСУ,
Упадок полнейший теперь там.
На что же теперь покупать колбасу
Потужным тележным экспертам?

Чем будем теперь мы пугать москалей?
На что объявлять срочносборы?
Великий Бандера, спаси-пожалей! –
В конец обнищаем же скоро!

Стенает свинарь, голосит страпоньков,
В прострацию впал пидоряка.
Лепёхин от злости взорваться готов,
В унынии два долбохряка.

Расстроена в крайность, слезами навзрыд
Течёт вытирана пыпыся.
И пыхва в сторонке страдает-горит –
Народ, от греха расступися!

И даже гiднейшество винищувач –
Незламнейший бомбардувальник
Внезапно-нежданно возьми и заплачь
От этих раскладов провальных.

А помнишь, был Харьков?! – давай, помяни –
Как радостью полнилась кровь, а?
И мы повторяли в те славные дни
Святое словцо «катастрофа»!

С каким наслажденьем сдавали Херсон,
Великий позор проклиная?
Был явью тогда удивительный сон,
Сбылась же мечта голубая!

Сдавали мы Белгород, сдали и Брянск.
Дивизии как хоронили!
И было тогда всё прекрасно у нас,
И все мы тогда были в силе.

Мы били тревогу, военных хуля.
Удобно тогда было хапать.
Заради России – победы, мол, для.
И слали нам гро́ши кацапы!

Прилежно, старательно – знай только трать.
Тем больше, чем новости хуже.
Для пользы всегда подобает наврать –
Убит был так Рюмин-Бестужев.

Мы сладостно пели, что дело – труба.
Что вовсе сплошная вагина.
Как очень всё плохо, как рашка слаба,
И как же сильна Украина!

Мы очень влияли! Ну да, чёрт возьми!
Мы были могучая банда!
Ссылались на нас украинские СМИ
И в странах-врагах пропаганда.

А помнишь, как чья-то башка родила
Приёмчик пиаровый годный? –
Что в деле созыва и сбора бабла
Решает названье «народный».

Народная лодка, народный же рэб
И хлама народного кучи?
С того нам хватало не только на хлеб –
Снимали мы сливки покруче.

Сбывался, сбывался тогда марафон
Несбыточных наших желаний.
Мы лезли, мы лезли из грязи на трон,
Пыхтя от усердных стараний.

Ты помнишь – Пригожин, наш пламенный вождь?
Великий пахан – без сомненья.
Прикажет нам строго: «А ну, допоможь!» –
И вот понеслось представленье.

Давай, мол, снаряды скорей вагнерам,
Ублюдочный гадкий лампасник!
Как мы голосили на весь телеграм,
И не было хора прекрасней!

Какая же жаль, что стяжал он лишь крах,
Бесславно закончил свой подвиг.
А то усадил бы на тёплых местах
Он нас беспринципных и подлых.

И вот мы теперь наблюдаем в тоске
Кацапский триумф неотступный,» –
Сказал военкiр, почесал на виске
И носиком яростно хлюпнул.

Напрасно старается ихний картель,
Камлая себе перемогу.
А наши ракеты уходят на цель
И тают вдали понемногу.