С Днём Победы!

nick-55 — 09.05.2025 И пусть опять с нами говорят они сами. Подберу, на мой взгляд, лучшее из прошлых постов, и добавлю ещё одного автора - Павла Булушева, о котором вспоминал совсем недавно.


1. Яков Козловский (1921—2001):

Не знает командир мой полковой
С майорскою звездою на погонах,
Кто из солдат есть нации какой
В его на смерть ходивших батальонах.

А пятый пункт? В полку такого нет.
Как нету, впрочем, и самих анкет.
В того, кто предложил бы их майору,
Клянусь, он разрядил бы пистолет.

А недруг наш превозносить горазд
Германской крови избранность, но скоро
В бою столицу собственную сдаст,
Безумье окупив ценой позора.
(19??)

2. Юлия Друнина (1924 -1991)

ДВА ВЕЧЕРА
Мы стояли у Москвы-реки,
Теплый ветер платьем шелестел.
Почему-то вдруг из-под руки
На меня ты странно посмотрел -
Так порою на чужих глядят.
Посмотрел и улыбнулся мне:
- Ну, какой же из тебя солдат?
Как была ты, право, на войне?
Неужель спала ты на снегу,
Автомат пристроив в головах?
Понимаешь, просто не могу
Я тебя представить в сапогах!..

Я же вечер вспомнила другой:
Минометы били, падал снег.
И сказал мне тихо дорогой,
На тебя похожий человек:
- Вот, лежим и мерзнем на снегу,
Будто и не жили в городах...
Я тебя представить не могу
В туфлях на высоких каблуках!..
(60-е??)

3. Константин Левин (1924-1984)

НАС ХОРОНИЛА АРТИЛЛЕРИЯ

Нас хоронила артиллерия.
Сначала нас она убила.
Но, не гнушаясь лицемерия,
Теперь клялась, что нас любила.

Она выламывалась жерлами,
Но мы не верили ей дружно
Всеми обрубленными нервами
В натруженных руках медслужбы.

Мы доверяли только морфию,
По самой крайней мере -- брому.
А те из нас, что были мертвыми,--
Земле, и никому другому.

Тут все еще ползут, минируют
И принимают контрудары.
А там -- уже иллюминируют,
Набрасывают мемуары...

И там, вдали от зоны гибельной,
Циклюют и вощат паркеты.
Большой театр квадригой вздыбленной
Следит салютную ракету.

И там, по мановенью Файеров,
Взлетают стаи Лепешинских,
И фары плавят плечи фраеров
И шубки женские в пушинках.

Бойцы лежат. Им льет регалии
Монетный двор порой ночною.
Но пулеметы обрыгали их
Блевотиною разрывною!

Но тех, кто получил полсажени,
Кого отпели суховеи,
Не надо путать с персонажами
Ремарка и Хемингуэя.

Один из них, случайно выживший,
В Москву осеннюю приехал.
Он по бульвару брел как выпивший
И средь живых прошел как эхо.

Кому-то он мешал в троллейбусе
Искусственной ногой своею.
Сквозь эти мелкие нелепости
Он приближался к Мавзолею.

Он вспомнил холмики размытые,
Куски фанеры по дорогам,
Глаза солдат, навек открытые,
Спокойным светятся упреком.

На них пилоты с неба рушатся,
Костями в тучах застревают...
Но не оскудевает мужество,
Как небо не устаревает.

И знал солдат, равны для Родины
Те, что заглотаны войною,
И те, что тут лежат, схоронены
В самой стене и под стеною.
(1946 и 1981)

4. Эммануил Казакевич (1913—1962)

5 ИЮЛЯ 1944 г.

Был день, как день, обычный день июля,
И если бы не ад, закрытый мглой,
Казалась бы летящая к нам пуля
Тяжелой медоносною пчелой.

Но то был ад, со всей его котельной,
Обычный ад войны. И город весь
Такой казался западнёй смертельной,
Куда мне долг приказывает: лезь!

Весь выжжен, взрыт, весь взорван и распорот,
Зияющий и страшный, как провал,
Открылся предо мною этот город,
Который путь к Варшаве прикрывал.

Обломки улиц, черепичных кровель,
Под пеплом лето стало как зима.
Он где-то в книжках назывался Ковель,
Но то была безвыходность сама.

А за рекой, себе берлогу выбрав,
Противник, страшный в немочи своей,
Негаданною смертью всех калибров
Гвоздил по лежкам наших батарей.

Огонь крошил в обломочки обломки,
Он шарил по домам исподтишка,
Как шарит по пустому дну котомки
Голодная и жадная рука..

5. Виктор Авдеев (1923-1955)

В ВЕЙМАРЕ

Над Веймаром пылилось лето,
Дул ветер с пригородных нив.
У ног прославленных поэтов
Стоял я, голову склонив.

Такими их, как скульптор вылил,
Я помню... Взглядом на восток,
Бумаги свиток держит Шиллер,
И Гёте — бронзовый венок...

О двух я думал государствах,
О двух народах, ливших кровь...
Не знал ты, Шиллер, где коварство,
Где — настоящая любовь...

А небо делалось темнее,
Шёл синих туч девятый вал.
И мне казалось, "Прометея"
Великий Гёте завершал...

И вдруг тряхнул я головою,
Уставившись на пьедестал,
И словно выше их, обоих,
Я — рядовой Победы — стал.

За мною были кровь и раны.
Я вспомнил наших сёл пустырь,
И нашу Ясную Поляну,
И Святогорский монастырь...

Но я пришёл не для расправы!..
Потупили поэты взор, —
Не в силах смыть своею славой
Родной Германии позор…

1945 (??)

6. Павел Булушев (1925-1991)

БАЛЛАДА О СОТВОРЕНИИ МИРА
Время действия – июнь 1944-го…
Место действия – Карельский перешеек,
в сотне километров от Ленинграда.


Всевышнему шесть дней едва хватило
На сотворенье мира… без тротила.
У нас была взрывчатка, нам тротил
Срок сотворенья сильно сократил.

Двухамбразурный дот среди болот.
Не обойди мы, много сделал зла бы!
А нам всего двух тонн разворотить бетон
Хватило, отделяя твердь от хляби.

И сделали всё так, что сам бы бог
Скорей, чем мы, управиться б не смог.
– Взрывчатки не жалеть! – велел нам командир.
И, подогнав с тротилом три повозки,
Рванули дот… Так сотворен был мир
На этом ныне тихом перекрестке.

7. Любовь Коротаева (1918 - 2000), Андрей Грязнов (1920 - 1949), Николай Персиянинов (1912 - 1945). "БАКСАНСКАЯ". Поёт Юрий Визбор:



С Праздником ещё раз!

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив