Расстрел 26-ти, девушка и портфели

maysuryan — 21.09.2025
Исаак Бродский. Расстрел 26 бакинских комиссаров. 20 сентября 1918 года. 1925

Как часто приходится слышать: ах, вот если бы русские революционеры были помягче, потерпимее, подобрее к оппозиции, то и российская история сложилась бы не в пример лучше и гуманнее... Но чем заканчивают свои дни мягкие и терпимые революционеры, как раз и показала история 26 бакинских комиссаров. В Бакинском Совете, которым они руководили, имелась легальная оппозиция — меньшевики и эсеры. Комиссары были к ней и мягки, и добры, и терпимы: не гнали её вон, не говоря уж о чём-то большем. И в какой-то момент — если точнее, то 25 июля 1918 года — эта оппозиция с небольшим перевесом (258 голосами против 236) взяла верх. В общем, «демократия победила». После чего показала яркий пример и образец того, как следует обращаться с оппозицией. Не прошло и двух месяцев, как бывшим комиссарам предоставили полную возможность оппонировать новой власти... с того света. Это случилось в такие же, как сейчас, сентябрьские дни.
Что ж, такие истории нельзя забывать. Как говорил Александр Герцен по другому, но в чём-то очень похожему поводу: «Мы все взглянули друг на друга, у всех лица были зелёные... «Ведь это расстреливают», — сказали мы в один голос и отвернулись друг от друга. Я прижал лоб к стеклу окна. За такие минуты ненавидят десять лет, мстят всю жизнь. Горе тем, кто прощают такие минуты!».
Большевики старались не забывать.


Плакат «Мы никогда не забудем 26 убитых английскими империалистами. 1918 год, 20 сентября». Неизвестный художник. Баку, 1925 год

Писатель Корней Чуковский, друживший с автором заглавной картины Исааком Бродским, в 1926 году записал в дневнике:
«Я... посетил Бродского Исаака Израилевича... Ах, как пышно он живёт — и как нудно! Уже в прихожей висят у него портреты и портретики Ленина, сфабрикованные им по разным ценам, а в столовой — которая и служит ему мастерской — некуда деваться от „расстрела коммунистов в Баку“… И самое ужасное, что таких картин у него несколько дюжин. Тут же на мольбертах холсты, и какие-то мазилки быстро и ловко делают копии с этой картины, а Бродский чуть-чуть поправляет эти копии и ставит на них свою фамилию. Ему заказано 60 одинаковых „расстрелов“ в клубы, сельсоветы и т.д., и он пишет эти картины чужими руками, ставит на них своё имя и живёт припеваючи. Все „расстрелы“ в чёрных рамках. При мне один из копировальщиков получил у него 20 червонцев за пять „расстрелов“. Просил 25 червонцев. Сам Бродский очень мил... Чтобы... жить безбедно и пышно, приходится делать „расстрелы“ и фабриковать Ленина, Ленина, Ленина. Здесь опять-таки мещанин, защищая своё право на мещанскую жизнь, прикрывается чуждой ему психологией».

И всё-таки эти картины, хоть и изготовленные как на конвейере, призваны были напоминать большевикам 1920-х то, что должны были напоминать — «Memento mori».
В 1968 году, к 50-летию расстрела, в Баку был сооружён масштабный мемориал «26 Бакинских комиссаров», в котором захоронили останки 26-ти. Он мыслился как главная достопримечательность Баку, да, пожалуй, и всей республики.
Могут спросить: ну, хорошо, а причём тут какая-то девушка и портфели?
Всё очень просто... В 1970-е, а возможно, в начале 1980-х годов советский фотограф Юрий Садовников сделал вот этот снимок:


Юрий Садовников (1933–2005). Баку. Девушка и портфели (у мемориального комплекса «26 бакинских комиссаров»). 1975–1985

Группа руководящих товарищей отдавала, как положено, дань уважения расстрелянным бакинским комиссарам, но сочла неудобным идти к мемориалу со своими портфелями, и поэтому временно оставила их под присмотром этой девушки. Получился какой-то символический натюрморт – портрет бюрократии брежневской эпохи, которая всё ещё воздавала честь революционерам-большевикам, как было принято, а с другой стороны, вот эти пухлые портфели всё больше перевешивали...
И они перевесили, конечно. В 2009 году памятник 26-ти был снесён, их останки выкопаны и перезахоронены на одном из кладбищ на окраине города, причём останки двоих бесследно пропали (в том числе лидера Бакинской Коммуны Степана Шаумяна). Между тем у власти в Баку находился (и сейчас находится) сын Гейдара Алиева, который долгие годы возглавлял сперва госбезопасность, а потом и компартию республики...
Кстати, рассказывают, что во время сентябрьского визита в Пекин к 80-летию Победы над Японией студенты Пекинского университета устроили Ильхаму Гейдаровичу несколько неприятных минут, припомнив ему его недавние антисоветские высказывания о якобы «оккупации» Азербайджана Советским Союзом. «Мы помним, какую роль сыграл СССР и лично товарищи Сталин, Брежнев и Громыко в победе над милитаристской Японией, – заявил глава местной ячейки комсомола Чан Кайши (!). – Поэтому мы не потерпим пещерного антикоммуниста на нашей земле, особенно в такой день». Когда г-н Алиев попытался выступать перед студентами, они громко запели «Подмосковные вечера» и «Москва – Пекин». Алиеву пришлось прервать своё выступление и покинуть университет. Азербайджанские дипломаты пожаловались в МИД КНР, но получили вежливый ответ, что «Китай – демократическая страна», в которой студенты имеют право на собственное мнение.
Какой тут можно подвести краткий итог?
Клялись, обещали: «Мы никогда не забудем...»
Забыли.
Советский поэт Николай Асеев в поэме «Двадцать шесть» (1924) писал:
Той стране не пасть,
Той стране цвести,
Где могила есть
Двадцати шести.

Нет больше могилы.
Но, правда, нет и страны...

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив