Пятый дом. Продолжение 2
perebeia — 04.07.2025
Пешеходные романы, Феодосий и другие. Юность ушедшая все же прекрасна?
Все-таки юность ужасно трудное время, правда? Или только мне так кажется? Чем старше я становлюсь, тем страшнее о ней думать. Где мои 17 лет, в жизни раз бывает 18 лет – вы серьезно? Да ни за что я не хотела бы очутиться в своей юности снова. С теперешними мозгами и опытом там вообще делать нечего. Переживать все это заново без мозгов – тоже увольте. Вспоминать тоже не все хочется. Но раз уж начала...
Я все время боялась, что не выйду замуж. Что никто меня не полюбит. Что все с кем-то ходят, а я нет. Романы у нас действительно были тогда пешеходные. Счастливые пары ходили туда-сюда по Первомайской. Так и говорили – она ходит с Сережкой из 62 школы. А ты с кем ходишь? А я ни с кем.
- Мама, а ты не боялась, что не выйдешь замуж? После войны же мужчин совсем мало было.
- Нет. Я думала – мне же нужен всего один, один единственный. Уж один-то найдется.
Это меня успокаивало. Папа же нашелся, один на всю жизнь. Мне тоже нужен был один-единственный. Как-нибудь не разминемся.



Ну, не то чтобы совсем никто не хотел со мной ходить. Хотели. Но все это в основном были взрослые совсем мужчины, от 25 до 30. Не знаю, где они меня высматривали, как узнавали телефон, но всегда очередной такой воздыхатель то названивал, то караулил где-то. Один противнее другого. Послать их я стеснялась, все же они взрослые были. Никаких уверток и отговорок они не понимали. Да еще с мамой у нас совершенно одинаковые голоса, и мама частенько назначала свидания по телефону вместо меня. В надежде, что и я наконец с кем-то буду ходить и перестану переживать. И я тащилась на эти свидания, и очередной претендент с газеткой в руке для опознавания оказывался все таким же противным мужиком, уверяющим меня, что мы созданы друг для друга. Один из них был косым на оба глаза, другой вообще не снимал темных очков, не знаю уж, что у него там было с глазами и знать не хочу. Один уверял меня, что все равно разводится с женой, и мы будем счастливы. А больше всех запомнился мужичок по имени Феодосий. Имечко такое. Когда вокруг одни Вовы да Андреи, Юры да Славы, с чего-то наградили таким имечком родители. Этот Феодосий был совершенно малохольный, и если от остальных удавалось отбиться после первого свидания и пары назойливых звонков, то от него отбиться было нельзя вообще. Он ходил за мной хвостом, ошалевший от восторга, и ничего не слышал, что ему говорят, только смотрел коровьими глазами. Поэтому я совершенно перестала обращать на него внимание, Оля тоже привыкла, что он везде хвостом за нами плетется. Пока однажды мое терпение не лопнуло. Мы шли как всегда одни с какой-то очередной вечеринки к Оле ночевать, печальный Феодосий плелся следом, настоявшись возле школы в ожидани окончания веселья, у подъезда спросил что-то, я ответила – не знаю. На все его вопросы я придумала всегда говорить – не знаю, чтобы не вникать, что он там лопочет. Что-то сложное всегда, и тихо журчал, и вобще не пойми о чем. Слова нет, отстань, отвяжись, он не понимал вообще и как не слышал.
Мы с Олей уже выполнили всю вечернюю программу, нарыдались, нагоревались, и перешли к следующей части, веселой хохотательной. И вдруг чуть не в первом часу раздается звонок в дверь. Олина мама открыла и сказала, что меня спрашивает Феодосий какой-то. Якобы я ему сказала, что выйду к нему возможно, и он не знает, ждать дальше или нет. Видимо, мое “не знаю” было ответом на его вопрос, выйду ли я еще. И тут я просто взбесилась, так он меня достал. Это у меня характер идиотский, терплю до последнего, пока не сорвусь. Вовремя сказать нет, не хочу, не желаю, не могу – мне всегда трудно, обидеть боюсь. Все надеюсь, что человек сам как-то поймет, или как помягче его осадить. Пока до предела не дойду, и тут уж еду, еду не свищу, а наеду не спущу:) Я орала на весь дом – скажите, что я никогда больше отсюда не выйду, что я сломала обе ноги в пяти местах каждую, впала в кому на 20 лет, так что лучше не ждать наверное. Феодосий напугался. Больше я его не видала.
Был еще какой-то мальчик загадочный, который названивал мне по телефону, слал письма о любви, присылал букеты со своей сестрой, но категорически отказывался показаться на глаза. Так и не узнала, что это было за чудо. С сестрой его потом познакомилась, когда уже взрослая была. Говорит – нормальный парень, просто стеснялся. А я его так и не увидела никогда. Были и ровесники, которые со мной ходили неподолгу. Больше недели никто не ходил. Наверное, им хотелось целоваться, но поцеловать меня никак было нельзя, ни-ни. О чем говорить с ними я тоже не знала. По-моему все эти ходящие с кем-то друг с другом вобще никто не разговаривали. Не входило это в ритуал с кем-то ходить. Так что парой скучных проходов по Первомайской все и заканчивалось. С родителями гулять было веселее.
|
|
</> |
Как подготовить золотое изделие к оценке: 7 практических рекомендаций 
