Пропаганда наркотиков

sdze — 30.06.2017 Как мы оказались в том клубе, я и сейчас не понимаю.

   Разноцветные огни, бумц-бумц-бумц из колонок, трансвеститы, азиатки с розовыми косичками, торсы полуголых качков — всё это было не моё, совсем. Мне было девятнадцать и я только-только подсел на гитары и дэ-дэ-тэ. Всё это рок-н-ролл – а ко всему остальному я относился презрительно.

   Мой друг N., в то время, был юношей в очках, увлечённым программированием. То есть, тоже не самый клубный вариант.

   Видимо, друзья затащили. Кто — почти все лица давно стёрлись. Помню, была там одна девочка, звали её «Булочки», видимо на неё и приманились.

   Стоим мы, озираемся посреди разноцветных огней, бумц-бумц-бумца и трансвеститов и вдруг — рядом появляется Булочки и говорит:

   - Рот открой.

   И кладёт мне туда маленькую таблетку.

   И снова мы стоим, крутим башками неодобрительно. Орёт музыка, нетрезвая толпа в едином порыве машет руками в сторону ди-джея. Тесно так, что наши лица периодически трутся о торсы полуголых качков, энергично протанцовывающих мимо. Проходящие мимо девицы с розовыми косичками почему-то о нас не трутся, а мы на них и смотреть боимся — а как с ними знакомиться-то? Первый контакт марсианки и еврейского программиста — никакой стругацкий не возьмётся.

   И вдруг.

   Я поворачиваюсь к одной из них и говорю:

   - Ты самая красивая девушка, из всех кого я когда-то встречал.

   Она улыбается мне и, сквозь розовой жевачки поп, доносится:

   - Спасибо, дорогуша.

   Я распахиваю руки, она прижимается ко мне и целует меня в щеку.

   Её бойфренд, с голым, мощным торсом, низким лбом и причёской бобриком одобрительно улыбается. Я смотрю в его глаза и понимаю, что он — мой брат.

   Меня относит от них толпой и прибивает к N. Мы смотрим друг-другу в глаза и обнимаемся. Мы с ним дружим с тринадцати лет и это — первый раз, когда мы дотрагиваемся друг до друга. Он кричит:

   - Слышь, какая музыка о-ху-и-тельная! Вот эти: бумц! Бумц! Бумц!

   Я, зубасто скалясь, соглашаюсь. Вокруг меня танцуют мои небесно-красивые сёстры, братья с мощными торсами, сиблинги-трансвеститы... В калейдоскопе из разноцветных огней, лиц и бумц-бумц появляются и исчезают Булочки, N-ая программистская шевелюра – её гладят маленькие японские девушки с сосками в зубах, я сам — в зеркале клубного сортира, счастливо улыбающийся своему отражению и отражению целующейся парочки и, блюющего рядом с ними, полуголого качка.

   Ночь пробегает как взбесившаяся лошадь и нас выплёвывает из тёмной, родной утробы клуба в раскаленный, июльский Нью-Йорк.


   Всё это, конечно, я доктору не рассказывал. Просто сказал:

   - Да ничего особенного не делал. А что?

   - А то, чувак, что у тебя анализы — неделю назад были ниже плинтуса, а теперь — как у нормального человека.

   Тут, доктор посмотрел на вас и сказал:

   - Если вы не в курсе, у Яши тромбоциты низкие — кровь не сворачивается. Он, кстати, раньше писал об этом. Я его на стероиды посадил, сначала помогали, потом — перестали. Опасная штука — я ему теперь каждую неделю кровь беру, на анализы. И вдруг, в этот раз... Ну, так не бывает, в общем. Я специально его переделать заставил, думал — может ошибка какая-нибудь...

   Доктор развернулся ко мне обратно:

   - Еще раз тебя спрашиваю, скотина, чем ты эту неделю занимался?

   Я посмотрел в его добрые глаза, сглотнул и сказал:

   - Ходил в клуб, жрал «экстази».

   - Это — МДМА, то есть? Ну, хоть не кололся... В общем, непонятно, конечно... Ладно, ступай, рэйвер. В следующий вторник — ко мне, кровь отсасывать.

   Через месяц, мы с N., как моисеи, повели дюжину наших друганов клубиться, жрать чудо-наркотик. Всем, конечно-же, жутко понравилось. А мне — особенно. C времени первого раза, мои анализы опять упали ниже плинтуса и второй раз меня опять не подвёл — уровень тромбоцитов снова подскочил до нормального.

   - Ладно, давай это своё экстази, - хмуро сказал доктор.

   - Зачем? - таблетки было жалко.

   - В лабораторию пошлю, проверю что там на самом деле.

   Результаты подтвердили приверженность Бруклинских барыг к качеству продукта — сто-процентное МДМА.


   За несколько лет регулярного поедания экстази в клубных и домашних условиях, с друзьями, подругами, знакомыми и незнакомыми у меня опять начала сворачиваться кровь, я избавился от зависимости от русского рока и выучил кучу всего нового про этот наркотик.

   Например: МДМА придумали немцы в 1912 году, когда пытались найти кровоостанавливающее средство.^[*] У немцев там что-то не срослось, а мне — пригодилось.

   Любовь к ближнему своему и всем дальним к утру выветривается. Но память, память — остаётся. Иногда просто достаточно знать, что ты на такое способен.

   Лучше жрать чистое МДМА, без примесей (классические таблетки «экстази» - это МДМА смешанное с амфетаминами). Порошок отмеривается на весах, замешивается с водой или соком. Лучше выпить залпом — горько, как на свадьбе. Потом — двадцать минут, полчаса, час напряженного ожидания — а вдруг не вставит?.. А вдруг барыга надул?..

   И вдруг.

   Мышцы сводит нервной истомой. Хочется растягиваться. Зрачкам становится тесно в радужке. Пять минут, десять — и вот, с глубоким, глубоким вдохом, приходит первая волна.

   Господи, как же я вас всех люблю. Сделайте, пожалуйста, музыку погромче.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив