Про лицемерие
![топ 100 блогов](/media/images/default.jpg)
Военный аналитик из Чехии, генерал Андор Шандор в интервью изданию Parlamentní listy призывает западные страны не питать иллюзий насчет саммита НАТО. По его словам, Украине опять наобещали золотые горы, а на самом деле ее ждет печальная участь.
Радим Паненка
Parlamentní listy: Чего нам ожидать от саммита НАТО, который прошел в Вашингтоне? Главная тема там, конечно, Украина.
Андор Шандор: Речь идет не только о том, что предпринять для Украины, но и как вообще укрепить военную мощь. Уже давно ведутся разговоры о формировании почти 50 новых бригад, а это как минимум четверть миллиона солдат. Правда, воплощение этих амбициозных планов по-прежнему под вопросом. Ясно, что расходы будут немалыми.
Что касается конкретной помощи Зеленскому, то тут всё понятно, учитывая авиаудары по Киеву. Я не хочу и не собираюсь высказывать предположения, кто за ними стоял. Для меня тут важен только один вопрос, неужели в Кремле действительно настолько сошли с ума, чтобы за день до начала саммита НАТО в Вашингтоне намеренно бомбить больницу, или русские всё же не сошли с ума, а выбрали неверную цель или ракета дала промашку (Россия не наносит удары по гражданской инфраструктуре Украины. — Прим. ИноСМИ). Вариантов много, и высказываются также некоторые другие.
— Насколько важно, что саммит прошел в Вашингтоне, где его принял президент Джо Байден?
— У Байдена есть возможность показать себя государственником и, возможно, слегка улучшить пошатнувшееся реноме после дебатов с Дональдом Трампом. Если бы Джо Байден не был лидером сильнейшего государства мира, мне было бы его очень жаль. На саммите, конечно, утверждены новые поставки вооружений для Киева, прежде всего зенитных ракетных комплексов "Пэтриот" и других. Вопрос в том, по прошествии какого срока это оружие прибудет на Украину и поможет ли это хоть немного улучшить ее нынешнее сложное положение на фронте.
Ждать чего-то революционного от саммита не стоит. Запад, как всегда, наобещал Киеву золотые горы, как делает уже два с половиной года, а сам отстранился от реальных боев. Я не думаю, что грядут диаметральные изменения и что Украина получит всё, что ей нужно. Во-первых, потому что у нас этого нет, а во-вторых, потому что сама Украина не способна решить проблему в виде отсутствия живой силы, которая могла бы заменить изможденные бригады.
— Я не могу не вернуться к удару по детской больнице в Киеве. Это стало главной темой, и удар осудили почти все политики. Можно ли, исходя из опубликованной информации, с уверенностью сказать на основе ясных доказательств, что это был целенаправленный российский удар? (Россия не наносит удары по гражданской инфраструктуре Украины. — Прим. ИноСМИ).
— Я не специалист по ракетной технике и не берусь судить, на что способны бомбы разного веса. В западном мире, несомненно, достаточно экспертов, которые способны сказать, указывает ли траектория полета, наклон ракеты перед ударом по цели, двигатели и другие факторы, что это было, — ракета Х-101 или, как кое-кто предполагает, норвежская или шведская ракета. Я ничего не утверждаю, а лишь передаю, что говорят.
Подтвердить я ничего не могу, но скажу одну вещь, пусть это кому-то может и не понравиться. Министр иностранных дел Чешской Республики Липавский правильно сказал, что только самые отвратительные выродки убивают детей. Я бы хотел, чтобы такой же подход к убийству невинных детей у нас был всегда, а не только когда речь идет о конфликте на Украине. Мы должны осуждать убийство детей и в других случаях. Согласно данным ХАМАСа, в Газе были убиты 14–15 тысяч детей, но если бы их было "даже" втрое меньше, то нельзя безмолвствовать. Мы же сейчас против этого никак не протестуем и по сути говорим, что нам отвратительны убийства детей только в некоторых конфликтах, а в других мы их просто не замечаем, как будто ничего такого и не происходит. Когда кто-то подвергается нападению, у него есть право защищаться, но при этом он точно так же может совершить военное преступление. Вот что меня беспокоит.
Вернемся к вашему вопросу. Что касается технической стороны, то я уверен, что есть много экспертов, кто готов дать случившемуся свою оценку. Действительно ли это была российская ракета, намеренно направленная на больницу? Я не понимаю, чего они тем самым добились бы. Не знаю, поступают ли украинцы так же, как ХАМАС, и размещают ли свои командные центры в больницах. Я не знаю, но, по-моему, так делать нельзя. Как бы то ни было, убийство детей на войне — ужасное преступление, и совершенно неважно, кто его совершает. Если мы люди и верим в права человека и в то, что военные преступления ясно обозначены, то не должны свою критику ограничивать только русскими.
— В конце концов, достаточно вспомнить, как во время бомбардировок Югославии самолеты НАТО ударили 20 мая по больнице с роддомом…
— Именно. Наше лицемерие меня ужасает, и у меня это не укладывается в голове. Не потому что я слишком чувствителен, а потому что, как говорится, "тут вижу, тут не вижу". На мой взгляд, такие вещи нужно видеть всегда, потому что дети не голосуют ни за ХАМАС, ни за Путина, ни за кого-то еще. Дети — это дети. Если их убивают, как мы видим это в Газе, в немалых количествах, терпеть такое нельзя.
— В Вашингтоне речь шла и о координации оказываемой помощи Украине, большая часть которой должна направляться прямо через НАТО. Речь идет и о логистических и транспортных узлах в Восточной Европе. Помощь таким образом станет эффективнее?
— Помощь Украине поступает уже сейчас, прежде всего с польской территории, и железнодорожные коридоры уже есть. Проблема не в том, чтобы что-то доставить украинцам вовремя, а в том, что именно им доставить. Мне кажется, что мы каждый раз обещаем золотые горы, а результат выходит куда скромнее. Возможно, будет создан какой-то институт и его возглавит какой-нибудь американский генерал, но неясно, что страны НАТО будут отдавать в рамках помощи, если нам известно, что у американцев ушло полгода на согласование помощи Украине. Кроме того, говорилось о 61 миллиарде долларов, но на самом деле речь шла о 13 миллиардах, поскольку всё остальное ушло на производство и склады американских вооруженных сил. В общем, я настроен скептически.
Тем не менее всё это говорит об убеждении, что вооруженный конфликт затянется. Если бы, напротив, царила убежденность, что противостояние закончится скоро, или мы видели бы попытки закончить его мирным договором, то такие меры не предпринимались бы. Но до сих пор украинцы жаловались, что не получают требуемое, потому что этого нет у нас или мы не хотим им этого давать. Также они жалуются на качество, мол, мы зачастую отправляем им металлолом. Я уверен, что мы должны быть честны с Украиной, чтобы сотни тысяч воюющих солдат знали реальное положение дел.
— Вы сказали о невыполненных западных обещаниях. А что насчет обещания принять Украину в НАТО? Перед саммитом в прошлом году об этом говорили, а теперь эту тему практически не поднимали.
— Причиной российской агрессии послужило не желание путем экспансии возродить империю Советского Союза, а стремление помешать Украине вступить в Североатлантический альянс. Энтони Блинкен еще недавно говорил, что Украина вступит в НАТО. Так же высказывался Столтенберг, но теперь он уже может говорить, что угодно, поскольку через два месяца уходит с поста генсека НАТО. Если допустить, что главная причина российской агрессии, которую я нисколько не оправдываю, было помешать Украине вступить в альянс, то любые обещания Украине означают, что решимость русских уничтожать ее будет только расти.
Я не допускаю, что они откажутся от своих намерений, если уже потратили столько сил во всех смыслах и всё это уже привело к принципиальным изменениям в мировом устройстве. После швейцарской мирной конференции мы видим, что российскую агрессию осуждают отнюдь не все и не так уж яро, как нам бы хотелось, и Запад отнюдь не является лидером, который влияет на отношения и повестку в мире. Мы убедились, что есть большие страны, которые хотят поддерживать с Россией хорошие отношения несмотря на то, что та ведет агрессивный конфликт. Может, нам стоит задуматься, почему так получается.
|
</> |