Пределы науки

wampus_999 — 17.01.2021 Интересные вопросы подняты в последнем посте уважаемого Евгения Рудного, касающиеся обсуждения вопроса о научном объяснении, которое то исключается философами из рассмотрения науки, то снова возвращается. Я, конечно, не философ, поэтому мои рассуждения – это мнения дилетанта, и выражаются они самым простым рабоче-крестьянским языком, "от сохи", поэтому на критику обижаться мне не с руки.

Оставлю здесь свои соображения на эту тему.

Главная моя мысль: для чего же нам еще наука, как не для того, чтобы понять и объяснить окружающий мир – от самых первооснов, до его конечного состояния. Разве не этим она всегда и занималась? Поэтому попытки исключить объяснение из ведения и рассмотрения науки, мол, пусть она только "описывает, предсказывает и позволяет контролировать природу" мне видятся просто какой-то диверсией. Не кажется ли вам, что это просто обывательское поднимание лапок кверху перед запредельной сложностью и непонятностью глубинных свойств и тайн Природы? Это совершенно недостойно для человека, которому дан разум и умение творить и создавать.

Некоторые философы, чрезмерно упрощая задачу, сводят объяснения к разработке системы законов, формализующих понимание поведения материи. Но разумеется, законы не являются объяснениями, они представляют собой лишь выявленные, по большей части математизированные связи и соотношения явлений (кстати, не только физических, вспомним теорию информации с ее законами). А вот теории, частью которых оказываются законы, на мой взгляд, являются именно объяснениями, ибо выражаются не математическим, а естественным языком. Опять же, теория может быть научной только тогда, когда встроена в общую систему научных взглядов на природу, где все ее составляющие представляют собой многоуровневое объяснение наблюдаемых явлений, их происхождения, причинно-следственных связей и взаимных зависимостей.

Приводятся примеры, что для некоторых явлений в физике нет удовлетворительных объяснений (электромагнетизм), но это говорит лишь о том, что по таким явлениям отсутствуют фундаментальные объяснения из первых принципов (как в физике, так и в биологии), но ведь это лишь дело будущего. На более высоких уровнях материи, где нам доступны непосредственные наблюдения, стратегия объяснений вполне работает. То есть мы там имеем ответы на вопросы не только "как" и "по каким математическим законам", но и "почему".

Далее, что касается объяснений, выражающихся не точным математическим языком, а языком естественным. На мой взгляд, пытаясь ответить на вопросы "почему", "что это такое" мы не выходим за пределы физики, в метафизику, и остаемся в научном поле. Просто на эти вопросы уже невозможно ответить формулой, нужен естественный язык, то есть, объяснение. От объяснений и интерпретаций капитально зависят строящиеся теории и проводимые в их рамках эксперименты (вспомним различные интерпретации квантовой механики).

Мне не очень понравилось объявление Евгением метафизического объяснения "лженаучным" (возможно, не им, и это только пересказ). Как может быть лженаучным то, что строится на основе данных науки? Метафизика – это продолжение науки на новом уровне абстракции. Да, естественный язык многозначен, но это вовсе не значит, что им невозможно выразить точные понятия. Естественный язык, как и математический, тоже может быть символическим, как это мы видим в религиях, пророчествах и мифах. В любом случае, каждая математическая формализация сначала вводится через комментарий на естественном языке. Эдак можно дойти и до того, что и математика станет в наших понятиях размытой и неточной, и куда же мы тогда придем?

Другое дело, когда возникают вопросы "зачем", "с какой целью", что реально и что нереально, как выразить то, что мы, как нам кажется, поняли, что такое знание? Вот тут да, физика, да и вообще наука, ничем помочь не может. Это уже туманные и зыбкие пустоши философии и религии, где человеческий разум пытается разобраться в самом себе и выйти за свои пределы. Именно поэтому тут пока царит полная неразбериха. Запрограммированный робот никогда не сможет понять себя и свое мышление без внешней помощи. Нужно надеяться, что когда-нибудь, когда мы действительно станем разумными, эта помощь нам будет оказана.

Сохранено

</>