Почта России

bezobraznaja_el — 15.08.2012 Мы живем в центре города и адресно принадлежим главпочтамту. Все детство я зачем-то мечтала, чтобы мой индекс был как у главного почтамта, а мечты сбываются чаще, чем рассчитываешь. На днях с семьей пришли отправить две посылки - в город Братск и в маленький немецкий город, название сложное, но на бумажке значилось. Семья в поход выступила не полным личным составом. Состав сначала рядился, какие конфеты уместнее отправить в маленький немецкий город со сложным названием.

- Надо брать типа «куйбышевских», «самарских трюфелей» и «волжских просторов», - говорила я. - Чтобы человек почуял атмосферу здешних мест.

- Нет, - спорил муж, - это нескромно. Надо просто что-нибудь русское. Что-нибудь посконное. Типа «бабаевского» шоколада. Атмосфера здешних мест никому нафиг не нужна.

- Это верно, - кивнула продавщица, хоть ее никто и не спрашивал.

Шуткой-смехом, но купили много разных конфет. И плиток шоколада. И со всем этим посконным добром потащились на главпочтамт. На главпочтамте - хорошо. А будет - еще лучше. Потому что сейчас там делается ремонт, отколупали стены. И все переехали. Мы осведомились в справочной, где бы отправить посылку в Германию. Нам указали посылочный зал, который переехал тоже. Но ему это не повредило, совершенно не повредило. Посылочный зал и раньше не отличался масштабами. Поэтому и сейчас двадцать четыре человека вполне умещались на площади восемнадцать квадратных метров, плюс стол с табуретами, кадка с фикусом и, собственно, будущие посылки. Некоторые имели существенные размеры. Например, хрупкая блондинка не могла сдвинуть своего ящика, издавала протяжные стоны, и мужчины добросердечно помогали ей.

- Это учебники, - объяснила она мужчинам, взмахивая волосами, - у меня брат в Гродно учится на врача.

Мужчины смотрели на нее с уважением, но немного отвлекались на привлекательную блондинистость. Из-за неслаженных действий команды в один из моментов коробка для будущего медика упала на бок, и книги густо потекли на пол. Я отметила пособие «Взрывное дело», автора Матвейчука. Наверное, брат блондинки учится в Гродно на военного врача. С умением выполнять взрывные работы.

Человек в розовой рубашке говорил в мобильный телефон: «И запомни, одна твоя ошибка, и это будет все. Все!». В его свертке оказались ламповые усилители для старинных телевизоров. Он отправлял их в Швецию.

Усталая женщина в джинсовом платье, пытаясь добиться максимальной вместимости тары, все тасовала и тасовала добротные мужские вещи: костюм, отдельно брюки, много рубашек, свитера, пальто. Шапки, шарфы, кожаные перчатки, хороший портфель. Вздыхала. Несколько раз рукой погладила один свитер, полосатый, как тельняшка. Отложила его в сторону, с трудом запихнула в личную сумочку потом.

Очередь продвигалась медленно, очень медленно. За час не отпустили ни одного клиента. Я успела посетить соседний зал и отправить бандероль в Братск. Я успела сходить в аптеку и купить лейкопластырь. Я успела посетить магазин «Манго» и примерить платье. Я успела зайти в армянский магазин, выбрать сыр и даже откусить большой кусок лаваша. Вернувшись, обнаружила все тех же людей, и еще добавилась узбечка, отзывающаяся на имя Маша. Она как-то сразу заняла много места, села за стол, сняла обувь и принялась заполнять какие-то анкеты для УФМС, сверяясь с зелеными паспортами и мятым образцом. К ней пытались пробиться еще две женщины - очень худая русская с темным лицом и девушка с косами. Пробиться оказалось сложновато, и женщины переговаривались через головы:

- Маш, ключ у тебя?

- У меня.

- Дай ключ, Маш, клянусь тебе, не пущу я его!

- Не дам.

- Христом Богом молю, дай!

- Не дам.

Тут русская темнолицая женщина перешла на узбекский язык. Говорила она бегло. Узбечка Маша отвечала в паузах по-русски: «нет», «не дам», и «пошла на хер». Последнее выражение казалось странным в ее устах, будто бы в игре, где норвежец учит итальянку ругаться на его языке, и она повторяет звуки, не вкладывая в них смысл.

Когда очередь дошла до нас, выяснилось, что мы все сделали неправильно: чтобы отправить конфеты, нужно оформлять малый пакет, и это другое окно, книги - это бандероль и тоже другое окно. А что мы здесь толпились, как идиоты, никто не виноват. И это было справедливо. Но может быть, мы толпились из-за отсутствия какой-либо информации. Страшно себе представить судьбу человека, рискнувшего что-либо узнавать вне очереди.

- Раз уж мы выстояли, - эпически спросил строгую приемщицу посылок муж, цепляясь за траченный временем почтовый бруствер, - нельзя ли все-таки нам эти штуки отправить здесь? Ведь суть-то у вас единая - Почта России!

Так красиво говорил мой муж, я им гордилась. Но ничего у нас в неправильном окне не приняли, и когда мы уходили в сторону бандеролей, я заметила, как женщина с темным лицом методично собирает с фикуса листья. Может быть, их как-нибудь хитро курят? Никто не знает?

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив