Париж

nikolaitsch — 20.10.2013 Чтобы избежать обвинений, весьма вероятно справедливых, в лоховстве, начну я сразу со страшного признания. Я НЕ БЫЛ в Лувре. И в Оранжери не был. И в центре Помпиду. И на Эйфелеву башню тоже не лазил. Рядом ходил, любовался, задрав голову открытым ртом, а наверх не лазил. Я собственно из всех многочисленных музеев был только в Орсе, потому что уже очень сильно люблю импрессионистов. Главная цель поездки состояла в том, чтобы максимально посмотреть сам город. Обойти его побольше. Принюхаться друг к другу, познакомиться. А музеи оставить на следующий раз. Тем более и погода способствовала неспешным и веселым прогулкам. Погода в том виде, как нам ее синоптики обещали. Суки.

Билеты-то были куплены сильно заранее – почитай, еще весной, и отель был забронирован тогда же, в смысле погоды оставалось лишь надеяться на лучшее. Что мы и делали. Еще с конца сентября ежедневно изучали прогнозы, и те не разочаровывали. Вплоть до самого отъезда обещали нам почти безоблачное небо и минимум 17 градусов тепла, а то и все 20. Первые дни так оно и было. А потом началось. Хмарь, дожди, 11 градусов и ветер. Оно бы и ничего, но одежду мы взяли несколько легче, чем потребовалось по факту. В результате, например, сад Тюильри и окрестности Лувра у меня теперь плотно ассоциируются с ласковым мягким солнышком, а Елисейские поля - с жестоким зусманом и пронизывающим северным ветром. Равно как и Люксембургский сад. Такой вот он, непостоянный и обманчивый. Париж.

Жили мы в 4-ом округе, в районе Маре. В минуте от метро Бастилия (и соответственно площади Бастилии) и в 15 метрах от улицы Риволи. Район – просто шикарный. Собственно, пожалуй, лучший из всех, что видел. Ну еще разве что Латинский квартал и Сен-Жермен. Остальные явно уступают. Нет ни центровой суеты, ни северной бирюловщины. Все чинно, благородно, уютно. Каждые пять метров кафешка, или магазин, или булочная. Выбирали и район, и гостиницу методом научного тыка. Буквально. Открыл я Гугль-карту и ткнул в монитор пальцем. Понятия не имел ни, что это такое, ни толком где. Названия такие и то в первый раз слышал. Но уже дочитывающая к тому моменту путеводитель жена авторитетно заявила, что район – хороший. Богемный.



Там исторически живут евреи и пидорасы. НАДО БРАТЬ!!! Понял я. И немедленно забукировал. Хорошее соседство – половина успеха. Тут еще теплые ностальгические чувства всколыхнулись - актер Жан Маре ведь, который с детства мой кумир, пускай даже и гей. Капитан, Горбун, Тайны Бургундского двора. И действительно оказался на редкость интеллигентный народ. В каждом первом доме – художественная галерея или арт-салон. Никаких тебе негров или арабов.

Кстати о неграх, арабах и прочих цыганах.



Наслушался накануне поездки страшных историй про то, что эти дикие народы просто шагу не дают ступить приличному руссо туристо. Обмануть норовят, деньги вымогают, вовлекают в азартные игры с предсказуемо жульническим концом. Страшные истории чуть не обернулись жуткой явью в первый же час в городе. Из аэропорта добирались подземной электрической, которая незаметно превращается в метро, так на станции «Северный вокзал» из вагона вышли почти все белые, и зашло равное количество смуглых. Стало неуютно. Но черт оказался все же не так страшен. Хотя, понятно, сказалось то, что в плохие районы мы почти не ездили. По моим личным наблюдениям тамошние нетрудовые мигранты живут больше именно на севере. Чем севернее, тем мигрантскее. Улица Риволи и центр – сплошь французы и туристы. И так примерно до Больших бульваров, которые типа границы. Фронтир. За ними концентрация южных братьев начинает расти в арифметической прогрессии. Традиционные кафе и буланжерии уступают место шашлычным и щаурмачным. Совсем сильно севернее не забирался, но, проезжая, наблюдал в окошко микроавтобуса целые арабские овощебазы.




Неприятных встреч тоже почти не было. Например, в районе Помпиду шишку держат в основном цыгане. Цыгане это привычно. Опять же еще с детства. Просто когда неподалеку останавливается табор, не стоит белье на улице развешивать и ключи под ковриком оставлять. Парижские же вообще культурные - бодро бегают кругами, приставая к прохожим с какими-то листами, призывая подписаться то ли против гонки вооружений, то ли в поддержку сирот Поволжья. Чтобы, значит, подписант после выражения моральной поддержки тут же оказал еще и финансовую. Один раз, правда, дорогу пытались чуть заступить три молодых цигараба. Вежливо, но решительно отодвинул их в сторону, дескать «Месье, силь ву пле нахер шнель-шнель. Что-то пробормотали в спину, но на эскалацию не решились.



Возле Эйфелевой башни промышляют арабы. Те фарцуют сувенирами. Ходят, как бусами, обвешавшись маленькими железными башенками. Сильно не досаждают. Периодически как стайки воробьем срываются и пытаются убежать от полицейских на велосипедах. Не всегда успешно.

На Монмартре негры с бусиками и веревочными браслетиками. Картина привычная еще по Милану. Эти довольно приставучие. Один докопался, стал допытываться откуда я родом. «Тебе зачем?» - вежливо поинтересовался я. «Ну вот я из Африки», - гордо и чуть вызывающе заявил негр. «А ты из какой страны?» Услышав, что из России, несколько сник и переключился на более цивилизованных туристов.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив