Парадокс власти

hyperboreus — 04.03.2023 Попробую сформулировать Самый Главный Парадокс Власти.

Прежде всего нужно понять, что власть радикально отличается от всех прочих видов человеческой деятельности. В основе большинства из них лежит желание, интерес. Писатель хочет писать, энтомологу интересно возиться с жучками, физик жаждет проникнуть в тайны микромира. Близко к этому и любовь как движущая сила, которая понуждает, к примеру, заводить детей и всю жизнь им помогать.

И только в случае власти это не работает. Точнее работает совсем не так. Жажда власти, любовь к власти относятся к числу страшнейших пороков души; быстро разъедая ее, они не приносят ничего хорошего ни ей, ни тем, над кем она осуществляет свою власть. Парадокс власти в том, что власти нельзя желать.

Древние, конечно, давно заметили эту ловушку. Китайские даосы насочиняли кучу притч, как совершенные мудрецы, да и просто неглупые люди, один за другим отказываются от любой власти — от уездного начальника до правителя Поднебесной; Платон в своем «Государстве» предлагал доверять власть только тем людям, кто не желает править, кого приходится долго упрашивать и кто соглашается только потому, что чувствует свой долг.

Долг сам по себе это самоотверженность, игнорирование собственных интересов. Но долг по отношению к тем, над кем ты властвуешь, это еще и самосовершенствование, стремление к самому лучшему, что ты можешь предложить. Здесь можно различить две стороны отношения к власти: самосовершенствование подразумевает укрепление власти над собой, самоотречение — нежелание власти над другими, отказ от стремления во что бы то ни стало утвердить свою власть.

Приведу два исторических примера. Дантон, незаурядный ум, пламенный вождь якобинцев, непримиримый враг старого режима — вдруг идет против Конвента, настаивает на невмешательстве Франции во внутренние дела других наций, пытается остановить революционный террор — а потом, в самый разгар борьбы за власть с Робеспьером, просто уезжает в поместье удить рыбу! И русские декабристы, вышедшие на Сенатскую площадь — чтобы остаться на ней.

Дантон осознал, что Революция превращается в Чудовище власти, пожирающее самое себя. Декабристы знали это — на примере того же Дантона — с самого начала, поэтому попытались, как могли, показать, что на площадь их вывела не жажда власти, а долг — и только долг. К сожалению, власть не поняла — да и могла ли понять? Декабристы, подобно Сократу, заслуживали высших почестей и должностей, а получили смерть — что неудивительно, ибо власть сильнее всего боится тех, кто знает ее природу и потому не подвластен ей.

В последние времена этот страх власти все более заметен. Власть боится прямо назваться властью, прикрываясь чем-то другим — интересами общества, любовью к народу. Так, большевики выступали от имени целых классов, хотя их интересы всегда оставались в пределах даже не одной партии, а ее самой верхушки. Многие тираны, имитируя идеальных правителей Платона, делают вид, что не желают властвовать и постоянно дают себя «уговаривать», чтобы остаться еще. Конечно, власть сделает все ради самой себя — потому что для нее только она и имеет значение.

В конце концов, решения этого парадокса нет. Власть это чума и ее нужно бежать. Но тогда к власти придут те, кто больше всего жаждет этого, что неизбежно несет огромное зло. Платон просто предлагал изгнать всех взрослых старше десяти лет, а оставшихся детишек воспитать в соответствующей системе ценностей — мол, только так возможно создать общество, где править будет долг и знание, а не воля и жажда власти. Сейчас это кажется нелепым, жестоким, неприемлемым — только что же мы эти две тысячи лет так и мучаемся под властью власти? Неужто путь Платона единственно возможный?

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив