Опиум для никого

топ 100 блогов soullaway02.11.2013 Бежать за ним мне пришлось не очень долго. Буквально несколько секунд. Пожалуй, это была самая короткая погоня в моей жизни.Всего-то несколько метров. Когда бежишь несколько минут за человеком, то можно пропитаться насквозь ненавистью к нему. За пару секунд я не успел даже испытать сожаления о недокуренной сигарете. Сигарету пришлось выкинуть, потому что подросток, купив себе маковые семечки, не отошел от ларька, а сразу побежал. Обычно от ларька отходят, дико озираясь по сторонам, а потом, увидев меня, начинают ускорять шаг. Меня, как и остальных сотрудников, местные наркоманы давно уже научились отличать от остальных граждан. Да мы особо и не скрывались никогда. Нашу машину узнавали и опасались. Опасались и шли покупать мак. Тяга к наркотикам сильнее любых опасений. Эта зависимость сильнее вообще всего на этой планете. Настигнув подростка, я влепил ему в спину не сильный, но болезненный тычок. Для профилактики. Схватив за футболку, я резко развернул его к себе лицом. Развернул и удивился. Он был очень сильно похож на моего брата. Такие же круги под глазами, такой же болезненный вид. Мой брат компьютерщик. Тоже ещё та зависимость. Весь стол в его комнате завален книгами по математике и информатике, а компьютер с ноутбуком работает 24 часа в сутки. Когда спит мой брат мне неведомо. Он всерьез собирается стать программистом. Хорошая идея. Во всяком случае, не придется бегать в любую погоду по улицам за больными людьми. Подросток, которого я настиг, не собирался становиться программистом. Он не собирался вообще никем становиться. Он уже стал. Свой путь он выбрал, вогнав себе в вену мутный раствор опиума. Опиума вываренного из дешевых маковых семечек. Именно за ними-то он и пришел в этот проклятый ларек. Не спрашивайте меня, почему я ловлю наркоманов, а не продавцов. Это вопрос не по адресу. Продавцы очень хитрые дяди. В пакете с маком недостаточно опиума для состава преступления. Только совершив процедуру вываривания, опиума станет достаточно. Достаточно для того что бы уколоться и сдохнуть. Продавцы это знают и кивают мне головой при встрече в городе. Я сталкиваюсь с этими уродами, к примеру, на рынке при покупке капусты. Мы ходим в одни и те же магазины. Особо дерзкие несколько раз даже протягивали мне руку. Свою крепкую руку несущую смерть. На этой руке всегда красуется дорогой перстень из золота. Пожалуй, таким перстнем удобно бить в лицо своим должникам, как вы думаете? А ещё такой перстень никогда себе не сможет купить подросток, стоявший в тот день передо мной.
- Чего бежим-то?
- Так спортсмен же.
- А ты я смотрю юморист? В Ералаше не снимался?
- В седьмом выпуске, ага. – В его глазах не было страха или отчаяния. Он достойно принимал нашу встречу. Мне приходилось общаться со взрослыми мужиками, которые начинали мямлить при виде ксивы. С мужиками, которые готовы были лизать мои ботинки, лишь бы я отдал пакетик с черными, как и их жизнь семечками. Этот подросток явно не стал бы унижаться из-за дозы. Что-то в его взгляде мне очень не нравилось. Очень.
- Так чего бежал-то?
- Вашу машину увидел.
- Значит, знаешь кто я?
- Догадываюсь.
- Ну, пойдем, побеседуем. – Взяв его за шкирку, я повел задержанного в машину. По сути, задерживать его мне было не за что. Ну, бежал и бежал. Мало ли кто куда бегает? Наше законодательство так устроено, что забирая этого подростка с улицы, я мог оказаться ещё и виноватым.
- Семечки где?
- Обыщи.
-Я те ща зубы повыбиваю. – В машине было накурено и жарко. Самым лучшим местом в то лето был пляж. Может быть, морозильная камера в морге, но точно, не нутро нашей машины. Дрон был заведенный с самого утра. Да и вообще он не отличался излишней вежливостью с преступниками.
- Так где?
- Нате, стервятники. – Подросток достал из-за пазухи увесистый пакет с адским содержимым.
- Кто ты сказал? Кто? – Получать затрещины от Дрона подростку явно не понравилось. На него посыпался целый град рукоприкладства. – Ну-ка повтори! Чего замолк-то?
- Да хорош тебе, Андрюх. Убьешь его, глянь какой доходяга.
- Туда ему паскуде и дорога. – Семечки я положил в бардачок. Там уже накопилось несколько килограмм этой мерзости. По закону я не имел права отбирать мак у людей. Более того я сам становился преступником отбирая ингредиенты для приготовления наркотиков. Любимая шутка наркоманов относительно цели покупки семечек была такая: «Бабушка попросила купить. Будем пирожки печь с маком». Пирожки обычно получались жидкими и заправлялись в шприц. Иногда один шприц на несколько человек. Такие болезни как гепатит или СПИД никого из наркоманов не пугали. Их вообще трудно чем-то испугать. Если только изъятием семечек. Нам эта гадость была не нужна. Отбирали мы скорее от бессильной усталости и злобы. В редких случаях ради дозы человек начинал сообщать интересные вещи. К примеру, где можно сварить мак. Или купить циклодол. К таким собеседникам мы уже прислушивались внимательно. Хотя почти всегда они врали. Изворотливости наркоманов могли бы позавидовать директора крупных корпораций. Если бы эту энергию направить на заключение выгодных сделок или формирование бюджета, то прибыли некоторых компаний могли скакнуть резко вверх. Беда была в том, что ум торчка всегда вращался только вокруг дозы и способов её добычи.
- Как зовут-то тебя, малыш? – Имен обычно торчки не скрывали.
- Сашка.
- Ты давай-ка по полной мне тут, а? Фамилия, имя, год рождения, понял? – Проклятая жара явно не могла остудить Дрона.
- Трусов Александр Юрьевич. Девяносто первый год.
- Так тебе всего девятнадцать? Судим?
- Да. Организация притона.
- Условкой отделался, верно?
- Да.
- Ну, теперь тебе впаяют по полной. – Трусов ничего на это не стал отвечать, он просто первый раз улыбнулся. Такого презрения в улыбках я не видел ещё никогда.
- Чего ты зубы сука скалишь?
- Да на фиг он тебе нужен. Оформим его, да и пусть гуляет.
- Не нравится он мне.
- А я и не баба что бы тебе нравится. – Александр подал голос очень неожиданно и очень не во время. В машине резко стало очень тихо. Тихо настолько, что я услышал, как Дрон сжимает и разжимает свой кулак. Я ожидал, что дальше последует удар. Вместо этого я понял, что машина заводится.
- Я тебе ща всё покажу, сука. – Это была единственная фраза, которую Дрон сказал в ответ.
- Куда мы едем? Слышь, Андрюх? – Андрюха сосредоточено смотрел за дорогой. Мне начало казаться, что он готов вырвать руль и одеть на голову Ване, который задавал вопросы. Ощущение чего-то недоброго, словно пойманная птица забилось у меня в груди. Через пару минут я понял, что мы едем не в управление. Более того мы ехали и не в сторону больницы куда положено доставлять наркоманов на освидетельствование. «Значит, пальчики катать мы не будем и писать в бутылочку тоже» - подумал я. Спустя ещё несколько минут я понял, что мы несемся прочь из города. В машине было тихо, никто не просил включать магнитолу и никто не курил. Только где-то снаружи шуршали колеса. Я решил закурить первым. Ситуация вырисовывалась как минимум странная. Андрей явно что-то замышлял. Что можно замышлять, вывозя человека за город? Где-то между последней затяжкой и открытием окна я заметил, что мы свернули в лес. В уютный такой пригородный лес. Хотя лесом это можно было назвать с натяжкой но, то, что там нельзя было встретить людей это точно. Почти дикая природа в пяти километрах от города. Я закурил ещё одну сигарету. Дым наполнял мои легкие, и удовольствие от сигареты постепенно вытесняло подозрительность. В самом деле-то, чего Дрон сделает этому Трусову? Ну, даст по зубам пару раз. Какое мне до него вообще дело? Очередной жалкий торчок. Убожество и ничтожество. Биомусор.
- Выходим пацаны. – Андрюха вырулил на зеленую полянку и заглушил мотор. – Ща будем профилактические беседы вести с задержанным. – Мы не торопясь вышли. На лице подростка я не увидел при этом абсолютно никаких эмоций. Дальнейшие события мне стали напоминать какое-то дурацкое кино. Главные роли распределись между  Дроном и Трусовым Сашкой. С начала Андрюха несколько раз двинул подростку ногой по почкам. Потом, не видя никакой реакции, прошелся кулаками по корпусу. Трусов не издал ни звука, он только тяжело дышал и сплевывал тягучие слюни. Дрон начал злиться.
- Тебе, не больно, что ли? А? Чо молчишь, урод? – Удары посыпались уже совсем беспорядочно. Куда-то в лицо, в грудь. Отработанной подсечкой Андрюха сбил Санька с ног и с размаху запечатал ему рот носком ботинка. Капли бурой крови брызнули на зеленую летнюю траву. Мне было нестерпимо жарко. Санек наконец-то начал издавать какие-то звуки. Он матюгался и сплевывал какие-то кровавые сгустки.
- Хорош, Дрон. Убьешь его.
- И убью, падлу. Ненавижу, сука. Убью в натуре. Он меня бесит.
- Сходи к психиатру раз бешенный. – Слова Трусова Сашки прозвучали в лесу как выстрел из орудия. На поляне стало очень тихо. Очень-очень. Я второй раз за день понял, что слышу, как Андрюха сжимает и разжимает кулак. Не сговариваясь, мы с Ванькой бросились останавливать неотвратимое. Андрюха был силен, но нас было все-таки двое. К тому же Ваня имел разряд по греко-римской борьбе. Затащив Дрона в машину, мы пытались его угомонить. Сквозь вопли и взмахи рук я разглядел глаза Андрюхи. Он, наверное, действительно в тот момент был готов кого-нибудь убить. Возможно даже меня. Обернувшись, я увидел исковерканное лицо Трусова. Он сидел на корточках и улыбался. Его улыбка по-прежнему демонстрировала вселенское презрение. Успокоительным для Дрона послужил звонок от начальства. Сотовый телефон ловит в лесу? – удивленно подумал я.
- Что с этим уродом делать?
- В машину и поехали. Дрон был полон энтузиазма. – Трусов снова оказался на заднем сидении.
- Ты оформишь его? – Я, молча, кивнул головой. Мне было неинтересно, куда собрались мои коллеги. Мне вообще в тот день всё вдруг резко перестало быть интересным. Единственное, что беспокоило, так это взгляд Трусова. И его улыбка. Его дерзкая и презрительная улыбка.
- Ща в управу заскочим, пусть этот умоется, а там дальше пешком прогуляетесь до наркологички, хорошо?
- Андрюх, ты не обижайся, но в управу я с ним не пойду. Нет, у меня желания объяснять начальству, что у этого типа с лицом. Высадишь на светофоре, и дальше я разберусь. Хорошо? – Мне действительно не хотелось посещать наше управление, имея при себе задержанного в таком виде. Я же говорю, что мне вообще ничего не хотелось в тот день. А ещё в тот день если вы, конечно, помните, была жара. Пристегнув наручниками к своей руке тощую руку Сашки, я вышел с ним на светофоре.
- Ну что друг? Прогуляемся? – Сашка равнодушно кивнул головой. На углу улицы стоял ларек с пивом и минералкой. Я купил бутылку воды, сигарет и салфетки. Заведя во двор Сашку, я посоветовал ему привести себя в порядок. Умывшись, Сашка стал выглядеть немного лучше. Вы видели лицо человека, которого били ногой? Ногой тренированной и сильной. Я рассматривал Сашкино подростковое лицо и с удовлетворением отмечал про себя, что могло быть и хуже. К примеру, он мог остаться без зубов.
- Ты куришь? – Я протянул ему пачку сигарет.
- Курю. – Он не спеша взял сигарету и, порывшись в карманах, достал зажигалку. Прикурил. Мы помолчали. Говорить было не о чем.
- Ты сам-то местный?
- Да. – Сашка разглядывал носок своего тапка, только в этот момент я понял, что в ларек за маком он пришел в домашних тапках. Помолчав, он добавил – Детдомовский. – Теперь мне стало понятно откуда в нем столько терпения и уважения к самому себе. Непонятно было только зачем, он употребляет наркотики. На этот вопрос мне никто не дал бы ответа.
- Давно на игле? Расскажи-ка вообще о своей жизни.
- А чего говорить-то? Торчу два года. На семечках.
- Белый пробовал? Трава, фен?
- Белый даже не видел ни разу, феном как-то двигались с типом, но не мое это, а трава это вообще фуфел. Солому пару раз пробовал, но она тоже тут редкость. Сейчас же все на семечках, вы же сами все знаете, поди, я не первый с кем общаетесь. – Сашка сплюнул и глубоко затянулся сигаретой. Сигарету он прятал в кулаке, такую привычку я замечал абсолютно у всех кто сидел в тюрьме или служил в армии. У бывших срочников со времен привычка проходит. У осужденных никогда.
- Сигарету по блатному держишь?
- Так в детдоме все так от воспиталок шифровались.
- Куришь, значит давно?
- С девяти лет. – Снова помолчали. Оформлять мне Сашку почему-то расхотелось.
- А не пробовал бросить?
- Сигареты?
- Ты понял про что я.
- Пробовал. – Сашка как-то замялся. – Только это невозможно.
- Такой сильный кайф?
- А вы попробуйте – Он горько усмехнулся. Презрения в улыбке не было. Сашка не юродствовал, он просто предлагал попробовать зелье, от которого не существует избавления.
- До ломок уже доторчался?
- Естественно, меня и сейчас уже потрясывает. Я ж с утра последний раз ставился.
- А сколько раз в день колешь?
- Три это минимум. Есть больше, вгоню и больше. – Завтрак, обед и ужин. Только вместо тарелки кастрюлька, а вместо ложки шприц. Сашка был неинтересным с моей точки зрения торчком. Он не мог мне рассказать ничего про 90-е. Тогда героин в нашем городе продавали на каждом углу по оптовым ценам. Истории про то время выглядели как триллер или детектив. Трусов же не мог поведать нечего про 90-е в силу возраста. Не мог он ничего рассказать и про чистые врачебные ампулы. Историй про врачей, торговавших из-под полы халата я уже успел наслушаться от других торчков, но меня действительно интересовал процесс развития наркомании в моем городке. Всё что видел Санек, это были маковые семечки. Про них мне было слушать неинтересно.
- А чего делаешь, когда ломает?
- Ну чего-чего? Иду искать дозняк, плохо, если ночь на улице.
- Время как резина тянется, да?
- Откуда знаешь? – Я улыбнулся. Когда-то в армии у меня тоже очень медленно тянулось время. Особенно по ночам в наряде. Вряд ли Сашка меня понял бы.
- Догадываюсь, знать мне не положено о таких ощущениях. А ларек этот с семечками не думал грабануть? – Теперь уже улыбался Сашка. И снова без презрения. Мы просто сидели и разговаривали как два самых обычных человека. Проблема была в том, что мы говорили про страшные вещи.
- Конечно, думал, много, кто думал. Только Хасан не дурак. Они же в ларьке много не держат, а ночью так вообще все остатки вывозят. – Эта информация меня уже заинтересовала. Как прижучить Хасана ломали голову уже не первый день. Нам необходимо было доказать наличие преступного умысла в его действиях. Только это было весьма не просто. Про Хасана я уже наводил справки, и информация была неутешительной для меня. Рост под два метра. Жил в Грузии, воевал в Карабахе, в начале 90-х перебрался в мой городок. Тогда же в Орле появился героин в промышленных масштабах. Успел отсидеть два года за вымогательство. Эпоха первичного накопления капитала закончилась, и всем захотелось легальности. Хасан купил кафе и вроде как курировал опиумный бизнес. Кроме каких-то слухов на него ничего не было. Во всяком случае, у нас. А ещё ходили слухи, что Хасан катался несколько раз в Иран. Именно оттуда и шла вся проклятая опиумная зараза.
- Откуда ты про Хасана знаешь? Не твоего полета ведь птица. – Санек усмехнулся.
- Люди говорят.
- Слушай, мы не ток шоу у Малахова. Какие люди? Кто говорит?
- Я вроде не подвязывался показания давать или я что-то попутал? – На лице Трусова снова замелькали презрительные гримасы. Хотя я уже и сам понял, что разогнался. Надо было аккуратнее. Читать лекцию о вреде наркотиков было бесполезно, пытаться доказать, что Санек может спасти сотни жизней было невозможно. Единственной реакцией были бы ухмылки и усмешки. Преимущественно презрительные.
- Ладно, жулик. Пойдем сдаваться. Потерпишь ещё часик, а там глядишь и дозу себе вырубишь.
- Ага, вы ж забрали последнее. Где я теперь денег найду? – Вопрос был риторическим.
- А ты про Хасана мне расскажи, глядишь и я тебе помогу. – Сашка сплюнул на асфальт и посмотрел на меня злобным взглядом.
- Ты вроде умный опер и понимаешь, что ничего я тебе говорить не стану. Я лучше сдохну чем с вами якшаться буду. – Я ему верил как себе. Когда Санек попадет на зону, а туда все торчки рано или поздно попадают, то он там выживет. Волевой, злой, правильный пацан. Вот только колется зря. С его характером можно было бы добиться нешуточных успехов в жизни, если бы не его маленькая слабость. Совсем крошечная, но очень вредная. Как раковая опухоль. Не спеша мы добрались до поликлиники, где Трусову предстояло сдать анализы. Заводя его к наркологу, я и не подозревал, что они знакомы.
- О, господин Трусов! Снова вы. Зачастили вы к нам, зачастили. – Мне очень хочется сказать, что врач был похож на Чехова, но на самом деле он был похож на тихо спивающегося интеллигента. Гладко выбритый, но с поношенным лицом. С толстыми стеклами очков в роговой оправе. Спиртным от него начинало пахнуть с самого утра.
- Как поживаете голубчик? Всё в пах колем или руки поджили? И что это у вас с лицом? Впрочем, подозреваю, что сопротивление при задержании, верно товарищ? – Я пожал плечами.
- Упал с лестницы. Колю в пах. Ходить по прямой надо? Нос руками трогать? – Трусов явно знал всю процедуру медицинского освидетельствования.
- А скажите, пожалуйста, давно вы его знаете? – Спросил я врача. Врач по-доброму посмотрел на меня и начал свой рассказ. Большой он был все-таки любитель пообщаться в отличие от Трусова Сашки.
- Познакомились мы где-то полгода назад. Да. Где-то примерно так. Александр тогда кололся исключительно в руку и был аккуратен. Его ваши товарищи как раз за притон оформляли. Ну, я справочку и выписывал для суда. А потом он к нам стал часто попадать. Покатился так сказать по наклонной. Прошлый раз был не далее как вчера. Верно Саш? – Сашка угрюмо кивнул. Видимо замечание про скатывание по наклонной ему пришлось не по вкусу. – Вот в целом и вся история про Саню, да? Задери-ка рукава. – Саша послушно закатал рукава. – Видите, какие у нас ручки поганые, да и вены нехорошие. Правда, Саш? – Саша снова кивнул, а у меня появилось такое ощущение, что он стесняется врача. Это было удивительно. – Видите сколько тут синячков? И вот точечки. Вот. Это я думаю, Александр баловался иголкой и не мог в венку попасть, а вот абсцессики всякие. Тут вот вижу закупорка вен уже. Ну, ничего хорошего не светит, короче. Показывай ноги. – Сашка послушно задрал штанины. – Тут та же картина. Сами видите. И остается у нас пах. Там смотреть пока нечего, через месяц интересно будет, понимаешь Саня? Ты так умрешь скоро. – Врач констатировал приближающуюся смерть как нечто само собой разумеющиеся. Словно это похоже на заваривание чая.
- Так он же совсем молодой. Есть же люди, которые по десять – пятнадцать лет стаж имеют. - Попытался возразить я. – И ничего. Живы.
- Ну во первых они себе кололи героин, а он не содержит столько мусора как эта дрянь с которой имеет дело Саша. Плюс – Доктор поднял палец вверх. – Мы любим, варить свою отраву на природе, так? – Трусов понуро кивнул головой. – А это не способствует дезинфекции. В ранки от уколов попадает всякая мерзость. За врачебной помощью Сашка обращаться явно не собирается, да и не думаю, что он собирается бросать свое пагубное пристрастие. У него уже та стадия, возврата из которой нет.
- То есть вылечить нельзя? – Не сдавался я.
- Молодой человек, я здесь работаю больше двадцати лет и таких как Сашка насмотрелся. Уж можете мне поверить. Через год-два он будет мертв. К тому же есть риск наличия всяких болезней. С печенью у нас уже проблемы, а вот на СПИД давно анализы сдавал? А, Саш?
- Полгода назад не было.
- Вот видите. Есть вероятность того, что он болен. Он за один день пересекается с кучей народа. У которого сифилис, СПИД, гепатит. А гепатит у нас к тому же вроде есть? – очередной кивок головы. – Так что сами понимаете, верной дорогой идет товарищ. – Доктор развел руками. – Се ля ви. И кстати на второй этаж можете его не вести. Только посуду тратить. Опиаты и канабиноиды у нас в наличии. Верно Сашка?
- Коноплю не курю.
- Ну, я думаю опиатов для административки достаточно?
- Правильно думаете. А как же если его не отводить на анализы?
- Голубчик, все нужные бумаги заберете на следующей неделе. Только мне вот тут распишитесь. И номерок удостоверения, пожалуйста, не забудьте. – Я вписал цифры, поставил подпись и дату. Первая фаза процедуры была завершена. Выйдя на улицу, закурил и дал закурить моему подопечному.
- Тебе теперь подождать надо пока я бумаги заполню.
- Может, я сразу подписи поставлю и пойду?
- А ты смотрю, опытный во всех делах.
- Жизнь кое-чему научила.
- А умереть не боишься?
- Может, обойдемся без задушевных разговоров?
- А может, не будем отвечать вопросом на вопрос?
- А тебе не насрать подохну я или нет?
- Представь себе, нет.
- Ой, ну только не надо лечить меня, ладно? Ты, таких как я, видишь каждый день и по многу раз. Неужто о всех беспокоишься?
- Представь себе, не сплю по ночам, о ваших судьбах думаю.
- А не надо думать. Каждый сам выбирает себе судьбу.
- Чего-то ты таким храбрым у врача не был. Кем он тебе приходится?
- Он мою мать знал.
- Так ты ж детдомовский, вроде? – В глазах Сашки сверкнула печаль.
- Детдомовский, но не всю жизнь таким был. Мамка, когда умерла, тогда я и оказался там. Давай бумаги-то.
- А почему он сказал, что с тобой недавно знаком?
- Так это правда. Он меня видел только в коляске когда-то, а потом уже тут познакомились – Сашка помедлил, и добавило совсем тихо - по нормальному. – Я достал ручку, протоколы и протянул Сашке. Возле граф, где требовалась его подпись, стояли галочки. Быстро подписав протоколы, Сашка продиктовал мне свой адрес и остальные паспортные данные. Как ни странно паспорт он носил с собой.
- Ну, иди с Богом. Сигарет возьмешь на дорогу?
- Спасибо, среди ваших товарищей редко встретишь нормального человека. Как волки все.
- Ты только мою слабость не путай с нормальностью. – Ответил я на прощание. Сашка удалился суетливой походкой человека, которому есть куда спешить. Мне спешить было некуда. Поразмыслив немного, я отправился в забегаловку. Заказал себе сто водки и пиво. Потом повторил. Весь вечер я размышлял над ситуацией. Трусов Сашка мог бы стать кем угодно. Летчиком испытателем к примеру. Или десантником. Водителем дальнобойщиком, в конце концов. Только вот судя по предсказаниям врача, жить ему осталось совсем недолго. И судя по всему неинтересно. Вряд ли ежедневные инъекции вызывают у кого-то интерес кроме меня и наркоманов. Просто так сложилось. Сашка выбрал опиум. Через месяц мы с ним столкнулись на том же самом месте, где и предыдущий раз. Он не убежал, увидев меня, а наоборот подошел поздороваться. Я не стал его оформлять, не стал я и отбирать у него мак. Мы постояли, покурили моих сигарет и разошлись каждый своей дорогой. Еще через несколько месяцев я уволился из органов и уехал жить в другой город. Про Сашку я благополучно забыл на время.
Рынок в родном городе как всегда встретил меня суетой, криками продавцов и запахами. Запахи были самые разнообразные. Тут смешалась и рыба, и фрукты, и норковые шапки. Я оказалась на рынке по чистой случайности. До встречи с друзьями у меня было пару часов, и я решил побродить по местам, где давно не был. В город я приехал по делам. Точнее попить водки на встрече выпускников. Те ещё дела, не правда ли? Прогуливаясь в тридцатиградусный мороз, я испытывал неоднозначное чувство. С одной стороны хотелось попить чего-нибудь горячего. С другой, мне было любопытно просто прогуливаться по городу. Его лицо я узнал сразу. С нашей последней встречи прошло примерно три года. Он не изменился. Такой же с виду подросток. Вот только в этот раз его взгляд мне понравился ещё меньше. Сашка тоже узнал меня и подошел поздороваться. Я протянул ему руку, но он только покивал головой.
- Я пару месяцев назад откинулся и как видишь, жив до сих пор, вопреки всем прогнозам. – Только сейчас я разглядел маленькую синюю точку над его верхней губой. Такие наколки ставят в тюрьме. Чаще всего насильно. Руку я отдернул, словно обжегшись о ледяной воздух. Судьба была немилосердна к Трусову. Да и я в своих прогнозах ошибся. То, что он стал пассивным гомосексуалистом, в моей голове не укладывалось. – Не положено нам здороваться теперь за руку, да оперок? – К петухам действительно прикасаться было необязательно. Не то что бы я брезгливый человек, но таковы были правила игры. И я как порядочный игрок принимал их.
- Из-за дозы?
- Нет. Первый раз в неудачную хату попал. Ну а дальше и за дозу бывало.
- Самому-то не противно?
- А ты я смотрю, все волнуешься за чужую биографию?
- Просто любопытно, да и жалко тебя.
- Жалко у пчелки. Дашь сигаретку? – Раньше он никогда сам не просил ничего. Видимо тюрьма его сломала окончательно.
- Бери всю пачку. Саня.
- Спасибо. Ну, бывай.
- Бывай. – Глядя ему вслед, я искренне подумал, что мне его действительно жаль. Чудовище под названием опиум отобрало у этого человека всё. Кстати я забыл поведать вам о том, что общался с врачом из наркологички. Оказывается мама Сашки, умерла от передозировки. За три года до её смерти умер его отец. Разбился на мотоцикле. Как бы дико это не звучало, но он был милиционером. Видимо на зоне это не пошло Александру на пользу. Оба его родителя были детдомовскими и больше на этой планете, у Сашки родни не было. Дойдя до перекрестка,  я купил себе пачку сигарет и пошел в знакомую мне забегаловку. Срочно требовалось выпить водки. Ветер противно дул в спину и трепал мои волосы. Почему-то мне было всё равно. Очередная зима преподнесла странную встречу. Хотя чего уж там? Обычная такая встреча с человеком из прошлой жизни.

Оставить комментарий



Архив записей в блогах:
...
В наше время маленьким домиком на колесах никого не удивишь. Из каких транспортных средств только не умудряются сделать настоящие комфортабельные коттеджи и даже отели, начиная от небольших трейлеров для легковых автомобилей и закачивая многотонными грузовиками. На этот раз в сетях ...
Нет, я не злобный. Но я искренне не понимаю, как можно получить удар и не отвечать, надеясь на то, что там осознают, как то подумают в следующий раз лучше, впечатлятся тем, что мы не ответили. Что, реально на это надеялись? Да каждому же понятно, что оставленный без ответа удар ...
Хочу задать уважаемому сообществу неожиданный вопрос: Зачем человеку нужна семья? Дожив почти до 40 лет, я этого так и не поняла и  объяснить толком никто не может. Я имею в виду любые семейно-родственные отношения. Зачем они ...
Отдыхайте правильно!!! Хороших выходных вам!! ...