Очевидно, что

feruza — 09.04.2011 Вот есть очевидные вещи. Которые не зависят от характера людей. Просто потому, что окружающая жизнь влияет на человеков.

Вот есть мама. У нее двое детей.
Первый рожден в очень трудные времена, когда надо было реально выживать, он спал в отдельной кроватке, она кормила грудью, но молока не хватало, и мама перевела ребенка на смешанное вскармливание (в полтора года пыталась совсем это дело прекратить, но потом ГВ еще немного продолжилось), с 8 месяцев на целый день оставляла ребенка няне и работала с 8 утра до 7 вечера, в год и семь месяцев отдала его в ясли, потом на весь день в садик (обычный, районный, к малограмотным воспиталкам), потом в школу с продленкой.

Второй рожден во времена спокойные и сытые, в хорошем платном роддоме. Его кормили грудью три года. Мама носила его на себе в слинге тоже лет до трех, даже коляску не покупала сидячую. Спал он с родителями. Ни в ясли, ни в сад его не отдавали, он был все время с мамой (пока старший в то же время парился в саду и школе). Мама даже придержала его лишний год перед школой, чтоб не отдавать в неполные семь лет. Ну и мама была уже поумнее, более зрелый человек, осмысленно относящийся к жизни.

Очевидно, что у детей разница в степени эмоциональной близости с матерью. Очевидно, кто из двух более независим, а кто более тесно связан пуповиной. Кто верит, что мама поможет в трудную минуту, а кто привык справляться сам, закрывая за собой дверь в комнату накрепко. И со стороны матери - очевидно, в общении с которым из детей мать чувствует себя более уверенной и компетентной. Чью душу, простите за пафос, она понимает и чует лучше.


А вот фиг.
Я понимаю и чую Сеньку. Он верит, что я могу объяснить ему мир. Могу помочь, когда ему плохо и грустно. Он  идет ко мне, чтоб я рассказала ему, что уже не болит, а у сороки заболи, у вороны заболи, и он верит моим заговорам и уговорам. Я читаю с ним книги и он верит, что это трепетно и интересно. Я вижу и понимаю его реакцию на текст, мы с ним вместе.
Он любит засыпать, когда я держу у него руку на спине и пою ему песенку. Он мой такой весь, понятный, насколько можно понять другого. и стремящийся продемонстрировать взаимопонимание. И когда у меня болит голова, он приходит и сидит рядом, положив ладонь мне на лоб. Он - та же линия моей семьи, что и мы с сестрой, он похож на меня и улыбается, как моя сестра, он внук моей мамы (и она его любит больше всех мальчиков на свете), правнук моей бабушки Акулины, я это знаю.

И я не понимаю, как развести руками Темкины беды. Я не чую его, мне надо очень стараться, чтоб понять, надо спросить словами...Если ему плохо, он уходит в комнату и закрывает дверь. Или накрывает голову синей тряпочкой. И только на мою просьбу - подходит, чтоб я его обняла. Я пытаюсь выяснить, что случилось, и чувствую себя слоном в посудной лавке. Я не понимаю. И когда я пытаюсь что-то говорить, утешая его, он никогда мне не верит. Он не ведется на подуть-пожалеть, он просто позволяет сделать это, но на лице у него написано, что болеть меньше не перестает все равно. Зубы ему не заговоришь.  Слезы не осушишь. Он досадливо машет рукой, мол, ты все равно не поймешь, а мне не удастся тебе объяснить. Спать он любит один. И когда я пою - затыкает уши. И когда я читаю ему, я все время думаю: полно, да слышит ли он меня вообще?
Он отдельный очень человек. Мою маму он зовет на "вы"...Он принадлежит к Ромкиной ветви, он похож на них, на его бабушку Руфу и прабабушку Фаю, которую я видела только на фото.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив