Об осуждении

Подумалось вот что.

При патриархате было четкое разделение труда: муж работает, жена сидит с детьми.

Если муж или жена не выполняли своих обязанностей, то они подвергались осуждению.

В первую очередь, оно (осуждение) было а) открытым и четким, и б) осуществлялось четкими инстанциями, например церковью и обществом.

В этом я вижу чисто мужскую черту: честь и совесть.

Т.е. у нас есть честь, которую мы защищаем и совесть, чтобы говорить об этом открыто, а не попрекать за спиной.

Например на общем собрании старших всегда лодыри, пьяницы, лентяи ставились на вид, стыдились.

Так было принято у кавказцев, и у русских (до всем известных красных экспериментов).

А вот при матриархате, осуждение приняло чисто женские черты: лаять из-за спины, втихую, по непонятным скользящим туманным женским понятиям.

Написать жалобу на работу, настроить его окружение против него, обгадить перед родителями.

Устроить травлю подружками, анонимные угрозы по телефону.

На этом построен например современный внутрисемейный матриархат: «уйти к маме (с детьми конечно же)», «пожаловаться мужу на работу (без объективного разбора конечно же)», «прибежать на Пусть говорят и обгадить мужа на всю страну (например Ирина Григорьева)».

На Западе матриархат пошел дальше: таки притащить в семью судью, но – уже в виде обезличенного государства.

Т.е. суд будет уже со стороны тех кому честь и совесть заменяет зарплата и карьерный рост.

Ну и то что например в Норвегии первое время по вызовам о домашнем насилии ходили только женщины, а потом к ним таки присоединили мужчин, говорит о преднамеренном очернении мужчин такими вот оторванными от общественной системы патриархальной чести и совести судьями.