Об абортах

chaotickgood — 02.09.2011 По поводу абортов. Долго не хотел на эту тему писать - реакция-то будет вполне предсказуемая. Граждане фанатического образа мысли будут искать в тексте ключевые слова, пытаясь понять, за большевиков я или за коммунистов, а потом на меня обрушится поток хамства. Впрочем, ладно. Не будем о веселом.

Так вот, насчет абортов. Мне очень надоел спор о том, является ли аборт убийством. Я открываю википедию и читаю: "убийство - насильственное лишение жизни". Зигота обладает жизнью? Определенно. Это насчет вирусов есть некоторые сомнения, а насчет зародыша нет. Аборт ее прерывает? Да. Насильственно? Да. О чем, собственно, спор?

Аборт - это право на убийство, признаваемое обществом. Это знают и понимают все, и сторонники абортов, и противники абортов. В более ранних обществах убивали уже рожденных детей, если нечего было есть. В еще более ранних - людей любого возраста, если их родителям что-то не нравилось. Потому что ребенок это их тело и их право выбирать.

С тех пор прошло достаточно много времени и многое изменилось. Детей больше не сбрасывают с обрыва, не закапывают в снегу и не душат платком. В первую очередь, потому что в развитых обществах сейчас достаточно еды, имеется возможность воспитывать ребенка без мужа, существуют детские дома и программы помощи инвалидам.

Сохранилось только право на аборт - в связи с тем, что соответствующих материальных условий для его исчезновения нет. И, в обозримом будущем, не будет. Вы можете принимать какие угодно законы, но вам не удастся с помощью них принудить женщину девять месяцев вынашивать ребенка. Или, например, рисковать своей жизнью на потенциально опасных родах. Колхоз - дело добровольное.

Если запретить легальные аборты будут делаться нелегальные. Грязные подпольные абортарии, экзотические методы, вроде введения иголок во влагалище, ядовитые супер-таблетки - и горькое непонимание консерваторов. Юридические нормы отражают нормы общественные, но не устанавливают их. Закон либо соответствует сложившейся практике, либо не работает. Этот - не соответствует.

Таким образом, попытка бороться с абортами законодательным путем это "дрыгоножество и рукомашество". Всякие инициативы, вроде обязательных бесед со священником или справки от мужа проходят под тем же грифом.

В то же время, в абортах нет ничего хорошего. Убийство это, убийство. Зародыш не ребенок, да. А ребенок не старик. Зародыш, ребенок и старик - это разные стадии развития человека. Убийство ребенка вызывает больше возмущения чем убийство старика, а убийство зародыша - меньше. Таковы прихоти общественной морали, о которой я писал совсем не давно. Тем не менее, гуманистическому мировоззрению аборт претит. И широкие народные массы, надо сказать, это гуманистическое мировоззрение в некоторой степени усвоили.

Да, нередко они не знают, откуда они его взяли, и пытаются подвести под него религиозную основу. Я сейчас не об упоротых ультраправых, которым аборты претят, потому что убивать детей может только отец, но не мать, а об обычных людях, которые выводят свое неприятие убийств из заповеди "не убий". И тем не менее: либо мы восторгаемся абортами, либо мы остаемся гуманистами. От признания, что жечь детей напалмом во Вьетнаме плохо до отрицания абортов - один шаг.

Кстати, расскажу вам одну занимательную историю по этому поводу.

У одной молодой немки во время беременности обнаружили опухоль мозга. Головные боли, выпадение зрения. Надо было оперировать, но с беременностью это тогда (начало 60х) было невозможно. Женщина решила сохранить ребенка.
Вскоре стало ясно, что скорее всего, опухоль злокачественная. Кстати, и мать, и отец женщины умерли от рака. Головные боли прогрессировали, она почти ослепла. Снимать боль можно было только легкими анальгетиками, которые естественно, не помогали.
Она, по-видимому, была верующей, но давно уже отошла от церковной жизни. Аборт она делать не стала.
Несколько месяцев невыносимых болей. И вот наконец можно было сделать кесарево, шанс на выживание ребенка был большой. Родились две здоровых, хотя и не доношенных девочки.
Матери сделали операцию. Она выжила.

Ее звали Ульрике Мария Майнхоф. Через десяток лет она стала одной из руководителей Роте Арми Фракцион, знаменитой левоэкстремистской группы, "банды Баадера-Майнхоф".

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• По теме
• Архив