О том, куда девается секс

maiorova — 28.06.2015 Сколько живу, столько слышу, что интим в семье с появлением ребёнка куда-то девается. Наверчено вокруг этого очень и очень много объяснений, в том числе фрейдистский: родив ребёнка, женщина обретает эрзац-пенис, исцеляется от комплекса кастрации, так что ничьи чужие ей становятся не нужны. Между прочим, на эту тему проезжался задолго до Фрейда Мопассан в "Монт-Ориоле". Рекомендую всем, кто хочет узнать, как так называемые нормальные хорошие мужчины представляют себе идеальную любовь:

Лишь только он узнал, что она беременна, он стал отдаляться от нее, чувствуя к ней невольную брезгливость. Когда-то он не раз говорил, что женщина, хотя бы однажды выполнившая назначение воспроизводительницы рода, уже недостойна любви. В любви он искал восторгов какой-то воздушной, крылатой страсти, уносящей два сердца к недостижимому идеалу, бесплотного слияния двух душ - словом, того надуманного, неосуществимого чувства, какое создают мечты поэтов. В живой, реальной женщине он обожал Венеру, священное лоно которой всегда должно сохранять чистые линии бесплодной красоты. Мысль о том маленьком существе, которое зачала от него эта женщина, о том человеческом зародыше, что шевелится в ее теле, оскверняет его и уже обезобразил его, вызывала у Поля Бретиньи непреодолимое отвращение. Для него материнство превратило эту женщину в животное. Она уже не была теперь редкостным, обожаемым, дивным созданием, волшебной грезой, а самкой, производительницей. И к этому эстетическому отвращению примешивалась даже чисто физическая брезгливость.

Все мы знаем, что у пенорождённой богини есть двое детей, но такие ребята, как Бретиньи, рады бы для своего удовольствия даже Венеру стерилизовать... В финале этот искатель бесплотного слияния женится на богатой наследнице, которой я как-то заранее не завидую, а кроткая Христиана разрешается от бремени и отвечает бывшему любовнику:
- Я не могу более уделять вам времени, моя дочь проснулась.
То есть всё устроилось к абсолютному общему удовольствию. Женщина получила ребёнка, мужчина - возможность устраиваться по собственному вкусу. До следующего живота, владелица которого, возможно, окажется более "эгоистичной".

Откуда берётся интим, - об этом уже всё сказал академик Гаспаров в восхитительной статье о поэзии Катулла, предваряющей литпамятниковский сборник. Оттуда же берётся интим, откуда и искусство, и игра интеллекта, и созерцание - из досуга. В Рим стекалось богатство, за богатством следовал досуг, за досугом - тоска. У дедов катулловского поколения на тоску не оставалось времени: оно шло на военные походы, на возделывание полей, на управление делами общины - три занятия, которые только и считались достойными свободного гражданина. Теперь войну вели профессиональные солдаты, поля обрабатывали пленные рабы, а политика превращалась в борьбу за власть, в которой каждый чувствовал себя обиженным. Досуг приглашал задуматься: для чего всё это? - а задумываться римлянин не привык, и мысль его заносило на каждом повороте. И вот из этого задумывания выросла уникальная римская культура.

В свою очередь молодая мать, даже располагая материальными средствами, не имеет ресурса времени: что не поглотила забота о младенце, то уйдёт на обслуживание остальной семьи. И коль скоро муж не хочет терять в этом обслуживании - а он не хочет! в его глазах жена как минимум тунеядка, а как максимум - самка производительница, редукции поддастся то, что не связано с витальными потребностями. Еда и сон сохранятся - за счёт менее насущного аспекта, сексуальности. Ибо, кто что ни говори, а делать новых детей, ещё не подрастив старшего, вряд ли целесообразно. Постепенно детский сад и школа освободят женщину от некоторого количества забот по воспитанию ребёнка. Снова появится досуг. И появится вопрос: "для чего всё это?"

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив