О репрессиях

unilevel — 23.05.2015 Они были, да. Моя семья их пережила, допустим.

Мой дед по отцу - расстрелян. Был кадровым военным в Уссурийске. Какой-то чин, по утрам за ним приезжала машина (это то, что помнил отец). За что расстрелян - не знаю. Даже имени его не знаю. Отец - детдомовец, потом суворовское. Он всю жизнь занимался поисками. Но с дедом так ничего и не нашел. Не Бакушинская. Ему почему-то никакие архивы не открыли. Зато нашел брата в Минске и мать под Красноярском. Мать чуть отсидела как жена врага народа. Вышла. Потом снова вышла замуж. О детях от первого брака "забыла". Была не очень рада, когда они её нашли. У неё новых пятеро оказалось.

Сфотографировалась со "старыми детьми" на память, и всё, гуд бай. Она оказалась еврейкой, а мой отец был бытовой антисемит. Узнав, кто его мать, пил целый день. Я, как интернационалистка, хохотала. Смеялась бы еще больше, если бы он узнал, кто его жена, моя мать. Но отец, к моему несчастью, умер раньше. К несчастью - потому что он был лучшим человеком, которого я знала. Мне плохо без него.

Мой дед по матери был трижды раскулачен. Трижды (!). Он был не дурак, и понял, наконец, чего от него хотят. Индустриализация. Устроился на завод. И все пошло своим чередом. До войны. На войну с завода ушел добровольцем.
Дед мужа по отцу отсидел один год (давали два). Был он инженер-железнодорожник. Совершил две ошибки. Первую (как у креаклиата) - сказал: чего ж вы мне таких тупых-то в ученики присылаете? Нехорошо. Вторую - отказался помогать в строительстве железки в тюрьме. Вот его туда посадили, и он помог, само собой. Посадили на два года, но он управился за один. Его жена, бабушка мужа, этот год прожила, продавая джазовые пластинки супруга. У него была коллекция. И семеро детей (включая моего будущего свекра), которых надо было кормить.

Прадед мужа по матери был главным инженером на каком-то питерском оборонном заводе. Его задерживали перед войной, но даже не судили. Прабабка мужа побегала, куда-то написала письма. И прадеда выпустили. Даже и война ещё не началась. Был восстановлен в должности, ничего не потерял. Умер во время блокады. Был, вроде, главным инженером, но никаких апельсинчиков не получал в блокадном городе. Как все. Жил, как все, умер, как все. В Блокадной книге упомянут дважды - потому что его дом в Лесном разобрали на дрова. И у него появился второй адрес - дали квартиру.

Брат моего деда по матери попал в плен, после него действительно имел какие-то неприятности с органами.

Это всё было. И почему же я должна теперь ненавидеть Родину, которую все эти люди любили? (за расстрелянного деда только не скажу - о нем ничего неизвестно).

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив