О раздолбайстве

... Дочь князя Асано часто вспоминала, с какой страстью она в детстве училась письму. В то время десять дней между появлениями в доме учителя каллиграфии казались ей бесконечными. Уже за час до прихода сэнсэя княжна раскладывала свои кисти, чернильный камень, баночки для приготовления туши на низком лакированном столике, потом садилась за этот стол и ждала учителя в большой залитой солнцем комнате, выходящей в сад.

На уроках каллиграфии княжна забывала обо всем, погружаясь в мир штрихов и изгибов, слушая немые голоса символов. В отличие от большинства своих сверстниц она изучала китайские иероглифы, которыми пользовались мужчины и ученые, терпеливо вникая в значения иероглифов и связанные с ними понятия. Даже в середине зимы, когда пальцы маленькой княжны мерзли так, что она едва удерживала кисть, девочка сидела на татами в течение трех часов, поджав под себя ноги и держа спину идеально прямо.

Однажды она дрогнула — едва заметно наклонилась вперед. Но учитель, сидевший по другую сторону стола, заметил это мимолетное движение и с большим огорчением взглянул на ученицу. «Молодая госпожа сегодня не готова учиться», — сказал он, встал, печально поклонился и ушел. Маленькая княжна безутешно проплакала весь вечер. Больше она ни разу не покачнулась во время занятий.