О жгучем
egy_ember — 17.02.2025
История с книгами – всего моего пожизненного (жгучего, иных не крутим) романа с ними – история заведомо неадекватных, принципиально неисполнимых – но тем сильнее действующих ожиданий. С детства по сию минуту упорно кажется, что вот раскроешь книгу – и она не просто коренным образом переориентирует и переформатирует тебя, это-то конечно, - но откроет перед тобой невиданные прежде перспективы, задаст твоему существованию невиданный прежде масштаб. До сих пор такого, кажется, никогда не происходило, даже с очень важными, захватывающими, знаковыми и т.д. книгами (в этом смысле все уже прочитанные книги – захлопнутые двери, за которыми не то что ничего не оказалось, но оказалось не то / не совсем то, что ожидалось // пространства не тех масштабов, какие воображались). Но само ожидание, сама жадная потребность в чём-то таком неизменно и стойко воспроизводится уже которое десятилетие (в известном смысле это погоня за несуществующим и эрос невозможного). В каком-то смысле также это и перекладывание ответственности на книгу, на книги как таковые: сама не можешь взять (откуда? – отовсюду; из воздуха, оно там разлито) то, что тебе надо; книга – не более чем стимул и не претендует быть ничем другим. Но даже при ясном осознании этого обстоятельства от книги-стимула ожидается очень много – и отсюда вся жизнь-напролётная история книжничества, весь образ жизни, вся биография.

|
|
</> |
Чем отличается карта рассрочки от дебетовой
семь
«Волга», у которой не было будущего: почему ГАЗ-311055 собрали всего 60
О юбиляре дня Но дело его — живёт?
Китайская школа: творчество и труд, а не "дрессировка"
Про запрет на работу в латвийских больницах медикам из РФ и РБ
95 лет
Как выбрать хорошую жену?

