Нежный суд

Чиновники, по вине которых возведение Школы искусств на Туристской улице в Петербурге затянулось на годы, в свое время работали в Фонде капитального строительства и реконструкции (ФКСР). Андрей Молотков возглавлял этот фонд, Павел Гаврильчук и Андрей Еремин были его подчиненными. Еще один подсудимый, Сергей Клубов, работал начальником Управления капитального строительства и ремонта Комитета по строительству Смольного. Все они по-прежнему служат в государственных структурах.

Школу искусств планировали начать строить еще в 2007 году, но деньги в бюджете нашлись лишь в 2012-м. Конкурс выиграла фирма «Де Люкс», входившая в группу компаний «Единые решения», возглавляемую питерским бизнесменом Владимиром Артеевым. «Де Люкс» предложила самую низкую стоимость строительства — 223 миллиона рублей.

По стечению обстоятельств, на момент проведения конкурса Комитет по строительству возглавлял брат бизнесмена Андрей Артеев. За 2012–2013 годы, пока Артеев-старший возглавлял комитет, «Единые решения» получили господрядов более чем на четыре миллиарда бюджетных рублей. Так что школа искусств — далеко не самый крупный подряд в портфеле холдинга.

Сдать объект должны были во второй половине 2015 года, но к этому времени появился лишь фундамент. После проверок правоохранительными органами были арестованы чиновники и связанные с ними бизнесмены. В октябре 2017 года арестовали Владимира Артеева. К его брату, может быть, вопросы и были, но на сайте Следственного комитета информации об обвинениях в отношении бывшего чиновника нет.

Школа сменила четырех подрядчиков. Как пояснили «Новой» в Комитете по строительству Смольного, контракты расторгали из-за срыва сроков. По данным сайта госзакупок, после заключения первого контракта компания «Де Люкс» получила 134 млн рублей. В декабре 2015 года контракт перезаключили с самарской компанией — ООО «ВСП». Сумма составила уже 135 млн рублей. В сентябре 2017 года стройка перешла к фирме «Корпорация «В». Сумма контракта — 165,7 млн. В ноябре нынешнего года контракт на сумму 142,2 млн рублей, заключен с «Монолитстроем», который обязан сдать объект в мае 2020 года.

Однако 24,9 млн рублей, которые «Де Люкс» получила за невыполненные работы, в бюджет не вернулись. Пятерых чиновников Смольного обвинили в превышении служебных полномочий за то, что они подписали акт о якобы выполненных работах. Кроме вышеперечисленных фигурантов, по делу проходил еще один сотрудник ФКСР — Николай Мошуров. Он первым пошел на сделку со следствием, в декабре 2018 года был приговорен к штрафу в 50 тысяч рублей и продолжил работать в госструктурах. А бывшего главу ФКСР Молоткова (с этого поста он ушел в 2016 году) обвинили еще и в получении ежемесячных взяток по миллиону рублей в течение года.

На момент предъявления обвинения Молотков возглавлял ФГУП «Ремонтно-строительное управление» (федеральная структура, которая курирует в Петербурге объекты общей стоимостью около 40 млрд рублей, в том числе именно через это предприятие должно было проходить финансирование строительства «Судебного квартала». — Прим. ред.). Обвинение строилось на показаниях Владимира Артеева, который пошел на сделку со следствием в обмен на показания в отношении чиновников. Он и рассказал, что больше года платил Молоткову по миллиону рублей ежемесячно, чтобы тот курировал интересы «Единых решений».

Обвинение было зыбким: с поличным Молоткова никто не ловил, а сам он вину не признавал. Да и Артеев, опасаясь обвинений по статье 291 УК РФ (дача взятки), мог отказаться от своих слов. Тем не менее в декабре 2018 года дело по Школе искусств было передано в суд.

Ожидания прокуратуры оправдались — приговор вынесли обвинительный. Однако

Этот вопрос на условиях анонимности «Новой» прокомментировал источник в Службе экономической безопасности (СЭБ) УФСБ по Петербургу и области (именно СЭБ вела оперативное сопровождение расследования хищений в Комитете по строительству).

«Несмотря на то что Молотков и занял видную должность в федеральной структуре, показания в отношении него были лишь маленьким эпизодом в том, о чем нам рассказал Артеев-младший и за что его фактически помиловали, — говорит бывший оперативник СЭБ УФСБ. — Артеев многое поведал о фигурах куда более значимых, чем Молотков. Я не могу сейчас назвать эти фамилии, потому что следствие еще ведется и это может трактоваться как разглашение гостайны. Но показания Артеева тщательно зафиксированы, запротоколированы, по ним ведется работа.

Сам Владимир Артеев говорить с «Новой» не захотел. «У меня нет желания все это вспоминать и об этом говорить, мне это неприятно, — заявил Артеев в телефонном разговоре с корреспондентом. — Я не являюсь ни мошенником, ни расхитителем. Думаю, наш справедливый суд во всем разберется».

Как бы то ни было, но фамилия Артеева из дела о взятках, которые брал Молотков, исчезла. Слушания по делу закрыли от прессы в начале ноября 2019 года. Причем адвокаты и подсудимые требовали этого еще в начале процесса, но тогда суд не нашел достаточных оснований. И лишь перед последним допросом Молоткова эти основания появились. Как пояснил один из адвокатов, процесс закрыли потому, что должны были озвучиваться некие медицинские сведения о подзащитных.

Неизвестно, о каких медицинских сведениях шла речь и говорили ли о них вообще. А вот то, что именно на допросе после закрытия слушаний Молотков признался в получении взяток, выяснилось во время оглашения приговора, резолютивную часть которого закрывать от общественности не имеют права.

Прения сторон тоже проходили в закрытом режиме. По сведениям «Новой», прокуратура попросила по «тяжелой» статье (ч. 6 ст. 290 УК РФ «Получение взятки в особо крупном размере») всего лишь штраф и условный срок.

Как уже упоминалось, приговором остались довольны все стороны. Молотков, которому могло грозить 15 лет колонии со штрафом 840 миллионов (70-кратная сумма взятки) и лишение права занимать должности в госструктурах на протяжении 15 лет (именно так определяет УК предельное наказание по данной статье), получил наказание по низшему пределу. Да еще и с рассрочкой в пять лет: по 51 тысяче рублей в месяц. Остальные трое подсудимых отделались штрафом по 70 тысяч. Что в среднем составляет их ежемесячную зарплату.

Максим Леонов
специально для «Новой в Петербурге»