Не по доктору Споку

Пан Меклер упрощает ситуацию, тут другое, тут повторение истории с "реестровыми козаками" времен Хмельницкого. Поляки согласились взять на службу и содержать лишь часть козаков, а остальные пытались с помощью восстаний попасть в их число. Так и дальнобойщики сегодня: часть хохлов служит коллективным полякам в ВСУ а остальные хотят добывать пропитание за счет коллективной Польши. Вот логика их прорывов в Европу "за зипунами" вовсе не детская. Если продолжать аналогии то нынешний конфликт Зеленского с Залужным - тоже прямо из "Огнем и мечом" Сенкевича, как Хмельницкий в Сечи выпускал пар, казнив "изменников" кошевых.
Да и ситуация с Байденом прямиком из Сенкевича:
"Двери радной избы широко раскрылись, и в комнату вошел Хмельницкий с Тугай-беем. Их-то и приветствовал так радостно народ. Несколько месяцев тому назад Тугай-бея как самый неспокойный из мурз, был предметом страшной ненависти в Сечи, а теперь "товарищество" при виде его подбрасывало вверх шапки, считая его добрым приятелем Хмельницкого и запорожцев.
Тугай-бей вошел первым, а за ним Хмельницкий с булавой в руке, как гетман запорожского войска. Это был уже не тот оскорбленный Хмельницкий, который скрывался в Сечь через Дикие Поля, но Хмельницкий -- гетман, исполин, мститель за личную обиду, вымещающий эту обиду на миллионах. Однако он не порвал цепей, наоборот, надел новые, еще более тяжелые. Это видно было по его обращению с Тугай-беем. Этот запорожский гетман в самом сердце Запорожья занимал второе место после татарина и покорно переносил гордое и нестерпимо презрительное его обхождение. Это были отношения вассала к господину. Так и должно было быть. Всем своим значением у казаков Хмельницкий был обязан татарам и ханской милости, представителем которой был дикий и бешеный Тугай-бей. "Товарищество" бросало вверх шапки при виде басурмана. Совет начался. Тугай-бей сел посредине, на самой высокой куче шкур, и, поджав под себя ноги, стал грызть подсолнухи, выплевывая шелуху на середину избы".
|
</> |