Нас насилуют

prilepin — 13.01.2025


Это лежит во всех книжных магазинах страны. Это закуплено тысячами библиотек.

ЦИТАТА.

.....Ютта слышала, что бабушки мажут внучек экскрементами, обрезают им волосы хлебными ножами – что угодно, лишь бы русские на них не польстились.

Она слышала, что матери топят дочерей.

И еще что от русских за километр разит кровью...

Русские заявляются к ним ясным майским днем. Их всего трое, и это происходит лишь один раз. Они вламываются в брошенную типографию, ища спиртное, и, не найдя, начинают палить в стены. Треск, пуля отлетает от старого печатного станка, а в квартире на верхнем этаже фрау Елена сидит в полосатой лыжной куртке с сокращенным текстом Нового Завета в кармане, держит девочек за руки и беззвучно молится, двигая губами...

...Один из них офицер. Двум другим никак не больше семнадцати. Все трое невообразимо грязны, но за прошедшие часы где-то щедро полили себя женскими духами. Они отчасти похожи на застенчивых школьников, отчасти – на сумасшедших, которым объявили, что они умрут через час. Особенно сильно разит духами от мальчишек. Один из них подпоясан веревкой вместо ремня; он настолько худ, что спускает штаны, не развязывая узла. Второй смеется странным ошалелым смехом, как будто не может до конца поверить, что немцы пришли в его страну, оставив позади такой город. Офицер сидит у двери, выставив ноги, и смотрит на улицу. Ханна коротко вскрикивает, но тут же зажимает себе рот.

Фрау Елена уводит мальчишек в другую комнату. Она издает лишь один звук – короткий кашель, будто чем-то поперхнулась.

Клаудиа идет следующей. Она не кричит, только стонет. Ютта сжимает зубы и молчит. Все странно упорядоченно. Офицер заходит последним, пробует каждую по очереди и, лежа на Ютте, произносит отдельные отрывистые слова. Глаза у него открыты, но не видят, и по напряженному лицу не понять, что это – ласковый шепот или оскорбления. Одеколон не заглушает запах его пота.

Много лет спустя Ютта внезапно вспомнит его тогдашние слова – Кирилл, Павел, Афанасий, Валентин – и решит, что это имена погибших солдат. Однако она может ошибаться.

Перед уходом младший дважды стреляет в потолок, известка мягко сыплется на Ютту, и за эхом выстрела та слышит, как Сусанна на полу рядом с нею даже не всхлипывает, а просто тихо дышит, пока офицер защелкивает пряжку на ремне. Потом все трое русских вываливаются на улицу.

КОНЕЦ ЦИТАТЫ.

Всякий раз, когда я пишу здесь о тотальном засилии иностранной литературы, которая душит русского читателя, налетают, как мухи, демагоги, которые кричат: «Прилепин хочет всех заставить читать "Малую землю" и z-поэтов!»

Вся эта шумовая завеса нужна для одного, по сути. Для того, чтобы длить и длить культурную оккупацию. Чтоб среди завалов сентиментальной пошлятины – втюривать подобные образцы.

Прочитал человек «Весь невидимый нам свет» (и «Прокляты и убиты» заодно) – и вот он и готов уже, голубчик. О той войне «правду» знает – значит, и «правде» про эту войну поверит.

А что книги читает 3 процента – так и это не проблема. 3 процента историю и вершат.

Здесь в комментариях иные любят кричать: «Кто это? Я их не знаю! Зачем их пиарить?»

Ты вообще, мил человек, как правило, ни хера не знаешь и знать не хочешь.

Не знаешь поуехавших молодежных кумиров, которых слушают миллионы, не знаешь их артистов, блогеров, шмогеров, которые осуществляют мощнейшее покрытие нашей страны своим ядом.

Берешь тебя за руку, ведешь посмотреть, тут же в ответ слышишь крик: «Да к чему мне это?!»

Да ни к чему, ни к чему. Иди спи.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив