Начало
ottikubo — 13.05.2021
Артему было очень плохо. Он тихо плакал уже несколько часов.
Ему хотелось плакать громко, но голова и горло так болели, и дышать
было так тяжело, что он только стонал и слезы стекали на козью
шкуру, которой он был укутан. Старшие дети спали, а Алексайо то
носил его на руках, укачивая, как младенца, то требовал, чтобы
Феодосия что-нибудь сделала, то задремывал и, просыпаясь, клял себя
за бесчувствие к страдающему ребенку.Феодосия отчаялась заставить Артема выпить целебный отвар - она и сама видела, что пить он не может. Только обтирания уксусом помогали ненадолго, понижая жар. А к середине ночи она поняла, что кроме холодной тряпочки на лоб, можно приложить к груди и горлышку теплые шерстяные ткани, смоченные тем снадобьем, которое мальчик не мог выпить. И - слава богам - компрессы немного помогли. Он стал дышать глубже, засыпать ненадолго. И слезы теперь не катились беспрерывно, а просто стояли в глазах, когда он их открывал. К утру отвар закончился, и она отлучилась ненадолго в сарай, нашла там пучки нужных трав, натолкла их в ступе и залила водой из котелка, все время кипевшего в очаге. Под утро Артем очнулся. Попил немного теплого козьего молока и сипло сказал матери: "Мне снятся страшные сны - не хочу засыпать. Расскажи мне, как тебя мачеха привела к Дафне".
Феодосия глубоко и благодарно вздохнула, прилегла не его узенькую лежанку, не решилась обнять, чтобы не стеснять едва успокоившееся дыхание, а только взяла левой рукой слабую потную ладошку, а правой гладила влажную курчавую головку, и начала рассказывать:
Моя мама умерла, когда мне не было еще и трех лет. Отец был рыбаком - он не мог брать меня с собой в лодку. Поначалу он просил присматривать за мной соседку. Но она требовала плату за то, что кормила и стерегла меня. Соседка была дюжая, грубая и некрасивая, так что ее никто не взял в жены. И отец женился на ней - так было дешевле. Теперь она стряпала и пасла наших коз вместе со своими. А меня кормила и привязывала к двери за длинную веревку, когда уходила на рынок или работать в поле. Я ее не любила и всегда охотно рассказывала ей, когда знала, какие неприятности ее поджидают. "Этот горшок ты разобьешь, да еще и обваришься кашей". Или "приглядывай, как следует за козами - один козленок заблудится и сломает ногу". Артем тихо захихикал, и тут же закашлялся. Феодосия дала ему глоточек молока и продолжала.
Поначалу она совсем не слушала меня, потом сердито отмахивалась. А потом стала награждать тяжелыми подзатыльниками за каждое предсказание. Рука у нее была сильная - я отлетала от удара, но предсказание все равно сбывалось
Однажды, когда она собралась на храмовый праздник, я сказала: "Зря ты надела мамин пеплос. Тебе и коротко, и не подходит, и все равно порвешь". Она замахнулась, но я была готова к этому и выскочила за дверь. А на празднике один факельщик напился пьян, уронил факел и огонь прожег дыру в подоле красивого белого пеплоса моей мамы. Мачеха была в ярости. Она бы избила меня до полусмерти, но отец уже вернулся домой. Он схватил ее за руку и потребовал отчета: почему она, вернувшись с улицы, набросилась на ребенка. Отец видел, что я хорошо себя вела. Мачеха, запинаясь от ярости сказала: "Твоя дочь ведьма!" Отец рассердился и отодрал ее за косу. Он был высокий и могучий - ей и в голову не пришло сопротивляться. Но назавтра, когда он, захватив лепешек, сыру и кувшин вина, отчалил на своей лодке ловить ставриду, она взяла меня за руку, посадила на осла, навьючила на него припасы на несколько дней и пошла молча по дороге, ведя осла в поводу. Мне стало страшно. Я подумала, что она отведет меня в дальнюю деревню и продаст в рабство. От страха я совсем не соображала и не понимала, что теперь будет. Наугад, сама не веря в то, что говорю, я сказала дрожащим голосом: "Если ты возьмешь за меня деньги, отец убьет тебя." Она остановилась, обернулась ко мне, подумала и сказала: "Я отдам тебя бесплатно!"
Мы шли долго. Дважды ночевали по дороге. На третий день под вечер пришли к чудесному храму. Привратник заступил дорогу, но мачеха отодвинула его плечом, и мы зашли внутрь. Я не знала, что это за город, что за храм и кто эта женщина, что сидит внутри и смотрит на нас, но почувствовала радость и покой, как дома, пока мама была жива.
Мачеха сказала: "Девчонка - моя падчерица. Пять лет. Зовут Феодосией. Денег с тебя не возьму, но и терпеть ее больше не стану" и пошла прочь. Я выбежала из дверей, увидела ее в храмовом дворе и крикнула: "Скажи отцу, что меня забрала сестра матери Ника. Увезла к себе в Фивы. Он поверит! И роди ему мальчика."
Феодосия улыбнулась своим воспоминаниям. Артем крепко спал и дышал ровно и свободно. Она примостилась поудобнее и тоже заснула спокойным счастливым сном.
|
|
</> |
Основы мастерства речи для деловых и творческих людей
My sweet, sweet love
Вброд
Почему much / many такие капризные — и как их приручить одним вопросом
Был великаном. 12 экзерсисов
200 лет восстанию декабристов
Как выбрать горнолыжный курорт: правила для хорошего отдыха и катания
Прошедший год
Воскресный шизомилитаризм. Выпуск №706

