Морковь

      Вы же помните, ну те из вас, кто достаточно взрослый, чтобы это помнить засилье всяких сект, групп и кружков по саморазвитию никчемной личности человека  в середине девяностых? Чумак с Кашпировским - это же была только вершина айсберга, а основная масса его скрывалась от глаз в подворотнях, тёмных аллеях и скверах, жутко подсвеченных жёлтыми пятнами фонарей.

    Только, бывало, заманишь туда принцессу хитростью и витиеватыми речами, в надежде посадить её на коленки и погладить спину, как обязательно к тебе подшмыгнёт какая-то тёмная личность, укутанная в плащ и запах нечищенных зубов и прошепчет:

- Пссс. Парень, Связь с космосом можем научить устанавливать тебя за недорого! Святой Отец и Всевышний Жрец Космоса Василий Задунайско-таврический, как раз проездом  в нашей юдоли печали и серости!

  Конечно, ты не хочешь! Ты хочешь целоваться, а не связываться с Космосом! Но это ты, а ведь некоторые люди как раз этого и хотят. Таким, например, был и Паша из прошлого рассказа. Он очень тяжело учился, часто стоял в нарядах и поэтому редко бывал в увольнениях, но, практически после каждого притаскивал в роту какую-нибудь заразу. Причём зараза эта поглащала его мозг полностью, как девятый вал плохо подготовленных моряков. Мой мозг к тому времени был уже изрядно занят многими философскими и мировоззренческими проблемами, которые с большей или меньшей степенью, но охотно занимали его в периоды некоторого бездействия: к тому времени  там уже жили Айвенго и капитан Блад, Ильф с Петровым, Зощенко, Чехов и Стивен Кинг, да что там, - даже У. С. Моэм уже совершал робкие попытки там поселится, а Паша художественную литературу не уважал абсолютно, - даже на разрыв читаемые всеми "Черви" на первом курсе военного училища поглотили Пашу буквально на три-четыре минуты. Поэтому, я думаю, что мозг его жаждал каких-то знаний, кроме технических и внешний мир подкидывал их ему, со свойственной изощрённостью и коварством внешнего мира по отношению к девственному мозгу. Сначала это была морковь.

- Эх, ребята! - радостно улыбнулся Паша на завтраке, вернувшись из очередного увольнения, - неправильно вы питаетесь!

- Конечно, - подтвердил Вася, намазывая тонкий прямоугольник белёсого масла на кусок ноздреватого сухого хлеба, - хочется-то мяса, а едим какие-то противные душе комбижиры.

- Не в этом дело, - встрепенулся Паша, как будто Вася попросил его подробнее рассказать доктрину правильного питания, - нужно есть витамины из земли! В них вся сила! Морковь! Нужно есть морковь!

- Ага, - соглсился Вася, - я тогда масло твоё доем, оно же точно не из моркови.

- Конечно! Я вчера на занятии был в группе по правильному питанию, там доктор наук один выступал, он рассказал теорию, что вообще питаться можно одной морковью и тогда сил будет в сто раз больше, чем если мясо есть и масло! Морковь же она в земле растёт!

- Картошка тоже. И лук.

- Ну неее, в картошке один крахмал, а в луке вообще ничего нет! Только морковь!

- Почему?

  Паша задумался. Видимо буфер его был переполнен идеей с морковью и обоснований он точно уже не помнил.

- Я не помню! - честно сказал Паша, - но я купил у профессора книгу (и Паша гордо показал нам сшитый свиток из серых листков) и сейчас начну её изучать! Вот посмотрите!

   И мы посмотрели, конечно.  Паша забросил учёбу и засел за изучение научных трудов по моркови какого-то, наверняка, широко известного профессора.  А ещё он перестал есть и пить что-нибудь, кроме моркови. Он ел морковь, пил морковь, разговаривал о моркови и носил её с собой везде.

-  А ты чего тут стоишь? - подозрительно спросил у него командир, примено через недельку, после начала этой морковной вакханалии, - почему на камбуз не заходишь?

  А Паша же не ел ничего, поэтому по команде "Справа по одному - шагом марш", резонно решил, что ему лучше постоять на крылечке и похрустеть морковкой на свежем воздухе, чем вдыхать в себя пары животных белков, отравляя тем самым свой нежный организм.

- А я на диете, тащ командир!

- Что? Молодцов, - отказ от пищи есть акт воинского преступления, ты попутал, чтоли? На какой диете? Шагом марш за стол!

  С тех пор Паша ходил на все приёмы пищи и радостно хрустел морковкой, пока все ели макароны по-флотски и обсасывали кости из супа.  

   Не, мы пытались с ним поговорить, конечно и объяснить, что он долбоёб, но если вы не подозрительный профессор из подворотни в Инкермане, то у вас не было шансов убедить Пашу хоть в чём-то. Даже преподавателям высшей математики это удавалось не с первого раза, не то, что призренным поглотителям пищи!