Моргенштерн

mepronto — 10.06.2021 Есть у меня знакомые в среде классических музыкантах, которые пренебрежительно отзываются о Моргенштерне и подобных. «Фу, какая пошлость!» — говорят они о его текстах. На что я им напоминаю письма Моцарта к кузине, со стишками:

Вам желаю доброй ночи,
Срите в постель что есть мочи.
Сладко спите,
Жопу к носу подтяните.

А также его 6-голосный канон «Лизни меня в зад».

Встречается мнение о том, что рэп, хип-хоп, R&B, техно музыканты меньше работают или хуже чувствуют. Это, конечно, не так. Я посмотрел Моргенштерна с Дудем, не всего, перематывая. По каждому фрагменту, на который я случайно попадал, было понятно, что он 1) тонко чувствующий музыкант; 2) очень много работает; 3) с уважением относится к коллегам (хотя и стебется над ними, конечно).

Например, про мотив "Кадиллака" он говорит, что ему было интересно соединить церковный напев с текстом про бабло и меркантильность. Это кажется простой вещью (хотя наверняка не все расслышали там григорианский хорал), но, если почитать про великих классических композиторов, то выяснится, что они занимаются в общем тем же самым. Ищут жизненные контрасты и показывают их в музыке. Что ещё интересно — академическим музыкантам про церковные напевы расскажут в консерватории, можно не напрягаться. А Моргенштерн самоучка, он услышал и почувствовал это сам.

Про тот же "Кадиллак" партнер Моргенштерна Слава Марлоу рассказывает, что решил во вступлении дать 808-й бас, чтобы сразу качало. А вы попробуйте так записать 808-й бас, чтобы сразу качало. Для начала поищите на ютубе "808 бас", по первому же туториалу станет понятно, что это очень сложная вещь. И это только одна маленькая деталь одной композиции.

Можно взять любой другой пример, когда автор электронной музыки рассказывает про свою работу (вот Лабринт про финальную песню из "Эйфории"), чтобы убедиться в том же — они тонко чувствуют, много знают и много работают.

Еще одна частая претензия академических музыкантов — что электронщики "тупо" воздействуют на тело и низменные инстинкты человека засильем низких частот и четких ритмов. Но четкий ритм — особенность любой маршевой и танцевальной (особенно, рассчитанной на коллективный танец) музыки, взять хоть Генделя, хоть Шостаковича. А низкие частоты — посмотрите на трубы органа длиной до 18 метров, генерирующие басы, недоступные электронной музыке. Да все электронщики, глядя на эти трубы, завидуют, как медведь, увидевший бегемота.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив