Мирняк

auvasilev — 10.08.2024

Меня почему-то автоматически неизбежно передергивает от этого слова, вынесенного в заголовок. Хотя прекрасно понимаю, что это чистая вкусовщина. Ничего особенного. Такой, типа, полужаргонизм, полупрофессионализм, которым обычно во время боевых действий, чаще военные, но нередко и сами гражданские, обозначают мирных жителей, не участвующих в столкновениях, как ещё нынче иногда стало модным говорит, нонкомбатантов.

Так вот, через какое-то время после начла любой войны общественное внимание обычно значительно смещается в сторону гибели именно этого “мирняка”, хотя для самих войн гораздо важнее, конечно, чисто боевые потери. Но тут уже начинают играть роль эмоции, а особенно сейчас, в век смартфонов и социальных сетей, и любой разговор неизбежно переводится на очередную убитую беременную женщину, хотя одновременно могло погибнуть пара дивизий солдат на фронте.

И сразу встают всякие вопросы про сочувствие, вину, расчеловечивание, моральную и уголовную ответственность, прочие высокие гуманистические понятия, которые как будто только что отступили на второй план перед мощью патриотических воинственных призывов, но вот очередной пострадавший “мирняк”, и всё снова возвращается на круги своя.

А мне в подобных ситуациях всё чаще вспоминается одна история, которую, возможно, я уже как-то когда-то пересказывал, но сейчас найти точно не смогу, потому, попросив прощения, попытаюсь сделать это предельно кратко ещё раз.

Это из старого документального фильма ВВС, который я смотрел в начале восьмидесятых, на запомнил на всю жизнь.

В одной еврейской семье отца ещё перед войной отправили с концлагерь, где он исчез, а матери с двумя маленькими дочерями удалось скрыться у каких-то знакомых. И абсолютно фантастически чудесным образом у них, постоянно перепрятываясь, получилось продержаться аж до самого сорок пятого. Но утром тринадцатого февраля везение кончилось. Кто-то донёс и их задержали, поместив куда-то типа КПЗ, а утром должны были решить с ними вопрос, в общем-то никто особо не сомневался, каким образом. Но вечером началась знаменитая бомбардировка, здание разбомбили и все в ужасе разбежались, кто куда мог. В результате мать и одна из девочек погибла, а вторая, младшая, каким-то чудом спаслась, выжила, потом оказалась в США, там прожила долгую и вполне благополучную жизнь и у неё, уже глубокой старухи, брали интервью журналисты упомянутой ВВС.

Спрашивали, естественно, о её воспоминаниях бомбардировки Дрездена, так как, собственно, этому и был посвящен фильм. И вот что меня поразило больше всего. Эта женщина, в совершенно здравом уме и твердой памяти, прекрасно образованная и на редкость для её возраста эмоционально уравновешенная, в произошедшей трагедии целиком и полностью винила британцев с американцами, от чьих бомб погибла её мать и сестра. О немцах за всё время интервью не сказала практически ни единого слова. Все проклятия только в адрес союзников.

И ещё один момент. Так случилось, что Хиросима вошла в мою жизнь очень рано, с самого детства. Я кого-то в коллекции увидел значок с цифрами 06 08, спросил, и мне объяснили, что шестое августа, это не только мой день рождения, но и дата первого боевого применения атомной бомбы. Стало интересно, и я начал читать об этом, что мог достать, и не только о самом взрыве, но и вообще о войне, которую вела Япония. Как ни странно, в СССР можно было очень немало найти литературы, хотя, конечно, она в основном была весьма идеологически заточена на то, что американцы совершили военное преступление, убив такое количество абсолютно мирного населения, а на исход войны это никак не повлияло, поскольку Японию победила всё равно Красная армия.

Но уже к подростковому возрасту у меня почему-то сложилось и собственное мнение, кто на самом деле виноват. И более всего на него повлияли свидетельства, как японские офицеры на улицах китайских городов устраивали соревнования из чисто спортивного интереса, кто с меньшего количества ударов рассечёт мечом прохожего китайца. Между прочим, ничего подобного не позволяли немцы даже из самых страшных спецподразделений. Только, возможно, в каких-то концлагерях случались подобные психопатические эксцессы, но во всяком случае они не были столь массовыми и распространенными.

Я не думаю, что в свое время и те, кто работал на Манхэттенским проектом, и полковник Пол Тиббетс, имели в виду что-то подобное. Да и великий Трумэн, принимая решение о бомбардировке, основывался, несомненно, на другом. Но, подозреваю, что кроме чисто военных рациональных расчётов, в последний момент перед тем, как отдать приказ, чисто эмоционально ему помогли это сделать именно японские офицеры-спортсмены.

Да, к чему я всё это, собственно? Просто в последнее время мне довольно пишут в комментариях. Мол, находясь в Израиле, не чувствую ли я свою вину за жертвы среди мирного населения Газы? Так вот, могу ответить предельно четко и однозначно.

Вину чувствую. Свою - нет.

Оставить комментарий

Популярные посты:

sabinus

Резиновая плитка от Altra Tyres: характеристики, плюсы и сферы применения

• Ранее
• Архив