Лица Москвы. Фантом коллективной усталости


Москва смотрит настороженно, требуя гарантий стабильности от зыбкого мироздания, убеждая что каждый что-то должен

Иногда любопытно, как ребенок, который еще не знает о негласном запрете общества смотреть в глаза


Но скоро и его погасят, и за ним тоже придут.

Черный фантом коллективной усталости


Камера заменила Третий Глаз

Искусство стало для никого

Город стал для никого.


Человек низвергнулся и обесценился

Утекай, в подворотне нас ждет МОНИИАГ



Целовать я готов умную морду трамвая

Я смотрю на Москву, а Москва на меня не смотрит.

Становится просто еще одной сердитой тетенькой в окошечке, мстящей мне за свои обиды на судьбу и мужей.

Смотрит во все стороны и в никуда одновременно


Смотрит сквозь, смотрит поверх, не слишком интересуясь живыми жизнями

И я понимаю, что несвободен.
Что где-то увяз. Смотрю сквозь пелену

И что вновь пора что-то менять. И не всегда это будет чем-то приятным.
Останешься - уснешь. Быть может навечно.
Устанешь и потеряешь себя.

Болото всегда тянет обратно, убеждая остаться - тут может и не сильно свежо, но привычно.
Отказ грозит подъемом болотного газа.
Что делать? Что делать? Что делать?

...А я вновь видел во сне Индию.

Видел ее оранжево-зеленое свечение. Ее цветастые юбки, красную землю и лиловые лица.

И я слишком хорошо знаю, что это за знак.

Я ждал его.
