КРИЗИС В МОСКВЕ.

sinli — 05.05.2025

   Heikal, Mohamed. The Road to Ramadan. London, 1975. P. 83-90.
"Восточный архив" № 2 (42), 2020.

Он был болен: грипп на фоне других жалоб. И был предупреждён о страшном холоде в Москве в это время года. Тем не менее он чувствовал, что должен ехать, и ранним утром четверга 22 января 1970 года он поднялся на борт специального советского самолета, который ожидал его в военной части Каирского аэропорта.
Было немного грустно от того, что в этом большом самолете летели всего несколько человек – экипаж, четверо или пятеро телохранителей, пара врачей, а за Насером сидели только генерал Фаузи и я, и ещё двое русских – Сергей Виноградов, посол в Каире, и генерал Катышкин, глава советской военной миссии в Египте, сменивший генерала Лащенко, которого с сердечным приступом госпитализировали в Каире.

Мы прилетели в московский аэропорт между 9.30 и 10.00. Самолет остановился в конце посадочной площадки. Когда мы вышли, то увидели Подгорного и Косыгина с одним телохранителем, приветствовавших нас. Колонна чёрных машин доставила нас в виллу номер один на Ленинских горах, одно из зданий для официальных гостей. Возле виллы есть стадион с медицинским центром, которым часто пользуются члены правительства, а также залы для массажа и упражнений, бассейн и так далее, а также большой зал для приемов. Это совсем недалеко от посольства Египта, и решено было проводить переговоры именно на вилле.

Подгорный и Косыгин спросили нас, не надо ли нам отдохнуть и начать переговоры завтра, но Насер сказал, что он хотел бы начать переговоры прямо сейчас. Первая встреча была назначена после обеда, причем египетский посол в Москве Мурад Галеб присоединился к нам.

Насер начал встречу с объяснения причин, которые привели его в Москву. Судьба всего Ближнего Востока, сказал он, должна быть решена на кусочке земли протяжённостью около тридцати километров по обе стороны Суэцкого канала. Израильские глубокие налеты и низколетящие атаки на внутреннее положение в Египте имеют две цели: во-первых, сорвать все попытки Египта создать ракетную стену, которая закроет атаки через канал; и во-вторых, подорвать мораль внутреннего фронта. Израиль не смог добиться капитуляции Египта в 1967 году и намерен сделать это сейчас.

Насер сказал, что целый Египет не защищён, он открытый. Много сотен гражданских рабочих и солдат были убиты. Он всегда думал, что израильское превосходство в воздухе должно быть сбалансировано с египетской стороны и что быстро сделать это можно только авиационной защитой. Он говорил твёрдо, но я видел, что он нервничает.

Брежнев начал защищать ракеты SAM-2,которые у Египта уже были. Насер сказал, что не имеет ничего против ракет SAM-2, но они не эффективны против самолетов, летящих ниже 500 метров, и не очень эффективны на высотах от 500 до 1000 метров. Российские специалисты в Египте могут подтвердить это. (SAM-2 были поставлены в Египет ещё до войны 1967 года, но поскольку израильские налеты были сюрпризом, эти ракеты никогда не использовались. Когда Захаров утверждал об обороноспособности Египта, никто в Каире не знал – и, возможно, не знали и сами русские – ограниченности SAM-2. Никто, конечно, не думал, что израильтяне, с помощью американской электроники, найдут ответ на эти ракеты так быстро.) Насер сказал Брежневу, что хотел бы иметь возможность защищать Каир, Александрию и другие важные районы, а также линию фронта на канале. Он специально подчеркнул важность Александрии, потому что Порт-Саид не работал и Красное море закрыто, и это был единственный египетский порт, принимающий суда. Если израильтяне начнут бомбардировку Александрии, сказал Насер, Египет окажется в блокаде.
Дискуссия продолжилась, местами довольно жаркая, и казалось, что может возникнуть полный тупик. Но эту опасность удалось избежать, когда Брежнев признал, что SAM-3 закроет нужды Египта и что советские руководители готовы передать их Египту. «Наш друг Насер, – сказал Брежнев, – всегда получает то, что хочет».
После этого началось обсуждение количества нужных ракет SAM-3, но было решено отложить обсуждение этого вопроса доследующего дня, поскольку генерал Фаузи и маршал Гречко должны были иметь возможность обсудить районы, требующие зашиты. Так что мы отправили этих двоих вместе с генералом Катышкиным и некоторыми другими экспертами работать над этим.
Ранним следующим утром генерал Фаузи пришел в спальню Насера. Он привёз с собой в Москву список районов, которые нужно защищать. Кроме фронта на Суэцком канале, он включал Каир, Александрию, Асуан, индустриальные центры Махаллааль-Кубра, Кафр ад-Давар, Шибин аль-Кум,Шубра аль-Хейма и Хелуан. Было ясно, что такого количества зенитчиков у Египта нет. Насер спросил Фаузи о возможности перевести команды с ракет SAM-2, и вероятно именно тогда новая идея стала формироваться у него в голове.
Две полные делегации встретились в Центре здоровья в десять часов. Брежнев начал с того, что решение, принятое накануне, имеет немало проблем. Объекты, которые хотел бы защитить Египет, слишком многочисленны.
Гречко доложил Брежневу, так же, как Фаузи Насеру, и вот тут Брежнев впервые понял настоящие потребности Египта. Насер указал, что у Египта есть команды, обученные на SAM-2, и предложил, что некоторые из них могут переключиться на SAM-3. Но ему сказали, что потребуется минимум шесть месяцев, чтобы переучить пользоваться SAM-3, и что это должно происходить в Советском Союзе. Так что это выглядит как период не менее шести месяцев, во время которых Египет будет подвержен израильским низколетящим атакам. При этом ему будет хуже, чем раньше, потому что некоторые команды, которые сейчас обслуживают SAM-2, будут находиться в Советском Союзе, обучаясь на SAM-3. В этот опасный момент Египет будет подвержен и низколетящим, и высоколетящим атакам израильской авиации.

И тут Насер нанес удар. Единственная возможность ликвидировать эту ситуацию, сказал он, это предоставить египтянам русские команды. Брежнев и все остальные небыли готовы к такому требованию. Насер сказал, что понимает: для них тяжело согласиться на это, но это единственная возможность, которую он видит. Он не может позволить уничтожить армию или потерять мораль гражданских лиц. Египет выдерживал это три года и не намерен сдаваться сейчас. Надежды всего арабского мира связаны с решением, которое мы сейчас примем. Насер заявил, что не хотел бы размещать советские команды на линии фронта. Египет будет продолжать находиться на канале. Он просит у хозяев обеспечить безопасность внутренних районов.
Гречко что-то сказал Брежневу, а тот ответил, что проблема не только в командах. Ракеты – лишь часть сложной системы защиты, они требуют авиацию. «Хорошо, – ответил Насер. – Отправьте и самолеты». Брежнев ответил, что это будет шаг с серьёзными международными последствиями. Он создаст кризис в отношениях с Соединёнными Штатами. Насер спросил: «Почему американцы могут всегда увеличивать свою поддержку, а мы иногда ведём тебя так, будто запуганы…» Брежнев перебил его: «Мы никого не боимся. Мы сильнейшие на этой земле. Но вы должны понять, что это повлечёт значительный риск, и я не уверен, что мы должны сделать это. Мы должны взвесить нашу позицию». Насер сказал: «Что касается меня, то я сделал необходимые расчёты. Будем откровенны. Если вы не предоставите того, о чем я прошу, то все подумают, что единственное решение находится в руках у американцев. Мы никогда не видели, чтобы американцы не поддержали израильтян. А Египет – антиимпериалистический пост на Ближнем Востоке, и если Египет уступит американо-израильской силе, то и весь арабский мир падёт. Мы не просим воевать за нас, мы хотим сохранить нашу независимость. Но я вижу, что вы не готовы помогать нам так, как Америка помогает Израилю. Это оставляет мне единственную возможность: возвратиться в Каир и сказать людям правду. Я скажу им, что пришло время мне уйти и передать дела проамериканскому президенту. Если я не могу спасти их, это сделает кто-то другой. Это моё последнее слово».
Слова Насера наэлектризовали обстановку. Потом встал Брежнев и сказал: «Товарищ Насер, не говорите так. Вы ведь лидер…»Насер перебил: «Я лидер, которого бомбят каждый день в моей собственной стране, чья армия брошена на произвол судьбы и чей народ беззащитен. Я имею право сказать людям неприятную правду – что, нравится им это или нет, американцы владеют миром. Я не собираюсь сдаваться американцам. Кто-нибудь другой займет моё место и сделает это».
Русские вскричали: «Пожалуйста, давайте договоримся. Что Вы действительно хотите? Дайте нам ещё один день, и мы посмотрим, что можно сделать». Насер ответил, что не может ждать ещё день. Русские предложили прерваться на десять минут и начали обсуждение. Египетская делегация вышла на улицу. «Итак, – сказал я, – мы на грани?» «Нет, –сказал Насер. – Это не шутки. То, что я сказал, было моим твёрдым убеждением. Я бы обманул людей, если бы повёл себя по-другому. Мы обучали армию, но израильтяне используют тактику, которую мы не можем отразить – налёты в глубину, налёты на гражданских. Когда дети погибают и солдат убивают, потому что у них нет защиты, ситуация полностью меняется».
Советские решили, что отправка зенитчиков на SAM-3 в Египет настолько серьёзна, что для этого нужно решение Политбюро. Его членов собрали со всей страны, и они приезжали в своих черных машинах со спущенными шторками. Впервые за мирное время двенадцать советских маршалов прибыли на заседание Политбюро.
Мы вернулись на Виллу номер один, чтобы пообедать. Следующая встреча была назначена на шесть часов. Как только мы вошли в комнату, стало ясно, что решение принято. Брежнев выступил первым. «Товарищ Насер, – сказал он, – Советский Союз сегодня принял решение, которое может иметь серьёзные последствия. Это решение не похоже ни на одно, которое мы принимали раньше. Оно нуждается в Вашей поддержке и требует от Вас сдержанности». Затем нам сказали, сколько батарей SAM-3 передадут нам и где они будут стоять, а также количество людей, которые приедут вместе с ними. Будут посланы восемьдесят советских самолетов, а до них – четыре высоколетящих сверхзвуковых самолетов-разведчиков Х500, как их называли русские. На Западе их знают как МИГ-25. Примерно 1800 египтян должны прибыть в Советский Союз на шестимесячную подготовку.
На этой встрече мы увидели другую атмосферу – и маршалы, и политики были довольны принятым решением, но среди части из них, особенно у Косыгина, известного пессимиста, энтузиазм смешивался с беспокойством.
Насер взял ответное слово. Он понимает исторический характер принятого решения и благодарит за него. Египет не будет играть с тем, что ему дано. Напротив, он намерен быть как можно тише, потому что главная цель – подготовка вооружённых сил. Я обещаю, что с той помощью, которая придёт, мы сможем завершить нашу подготовку к битве. «Я хочу, чтобы ваши команды были у нас ограниченное время, – сказал он русским. – Я не хочу, чтобы они оставались в Египте, когда начнутся военные действия. Но переходный период будет очень трудным, и они помогут нам сократить его. И если израильтянам будет разрешено и дальше разрушать мораль публики и армии, они смогут прийти и взять то, что хотят. Мы никогда снова не сможем высоко держать головы».
В какой-то момент Брежнев покинул своё место посередине на другой стороне стола и подошел ко мне. «Господин Хейкал, – сказал он, – всё это секрет». Я ответил, что, конечно, знаю, что это секрет. «Но важно, – сказал Брежнев, – чтобы это осталось секретом надолго. Конечно, когда-то американцы и израильтяне узнают об этом, но пока это не случится, мы идём по вашу душу. Как мы представим это миру? Я хочу, чтобы Вы разработали схему, чтобы мы отвергли кампанию, ведущуюся, несомненно, против нас – против Египта и Советского Союза». Я сказал: «Мистер Секретарь, дело государственных людей принимать большие решения. Мы всегда найдем средства, с помощью которых представим их миру». <�…>
Когда мы вернулись в Каир, то первым делом нужно было подготовить позиции для новых ракет. Гражданские лица внесли в это дело героический вклад. Но программа оказалась дорогой и в деньгах, и в людях. Египту не хватало цемента, и он был ценнее золота, поскольку в это время завершалось строительство Высотной плотины, и правительство оказалось вынуждено строить две Высотные плотины одновременно, одну в Асуане, а другую для ракет. Получение цемента для ракет было приоритетом.
В начале апреля первые разведывательные самолеты прилетели, и мы разместили их на воздушных базах в Гаканлисе и Бени Суэйфе, в пустыне недалеко от Александрии.18 апреля они впервые столкнулись с израильтянами. Израильские самолеты приблизились к Сухне, русские самолеты ввязались в бой, и израильтяне повернули назад к Синаю. Русские отпугнули израильтян, при этом все переговоры между ними шли по-русски. Об этом сообщили Насеру, он был смущен. Как это соотносится с необходимостью соблюдать секретность? По моей теории, это была игра между сверхдержавами: это был сигнал американцам, что русские появились в Египте. Каковы бы ни были объяснения, израильтяне всё поняли. После 18 апреля больше не было налётов вглубь страны.
Такое же объяснение может быть у забавной истории с прибытием в Александрию через несколько дней первой партии ракет. Опять же, строго придерживаясь секрета, мы организовали прибытие корабля ночью и размещение его в дальней части порта. Началась разгрузка. Когда она была закончена, русские, к нашему изумлению, выбрали путь к месту установки ракет через центр города, и в полночь, сидя на грузовиках, махали людям и кричали «асдика» (друзья). Из этого был сделан вывод, что русские уведомили американцев о прибытии ракет, так же, как американцы уведомили русских о продаже оружия Ирану.
  _______
на Илл. 1: Леонид Ильич всегда помнил, что Героя Советского Союза он дал Насеру, когда у самого ещё не было.

Оставить комментарий

Популярные посты:

vitellius

Не просто украшение: почему люди выбирают вещи на заказ

kosolobik

Рубрика - Читательский дневник. Тема любви в русской классике.

pantv

27 января ● "День полного освобождения Ленинграда от блокады"

amarok_man

Профессия будущего, которой завидуют даже айтишники и сварщики...

euro_royals

Счастливого Рождества!

5koleso

«Все мои претензии – мелочь»: отзывы водителей GAC GS4 AWD

tasha_jardinier

Катарантус — цветок для моего сада

wetfield

День сурка — по-тульски))

masterok

Китайский контракт на строительство Панамского канала признан неконституционным

• Архив