Кофр

fleitz — 08.02.2022

Снёс на помойку свой старый кофр, уж больно он обтрепался. Чёрный в молодости, из толстенной кожи, который я купил ещё в начале 90-го года прошлого столетия. Фотографы со стажем, должны помнить такие. Служил он мне не для переноски фото принадлежностей, и имел двойное назначение. В нём удобно было таскать на Невский акварельки в железных рамках со стеклом, а с Невского – деньги.

Буржуи, нахлынувшие во времена перестройки, платили за картинки валютой. Советские люди картинок не покупали. Как-то, нас пожалела сердобольная старушка: «Сыночки, что ж вы здесь стоите-то зря!» Бабуле невдомёк было, что цена самой дешёвой акварельки больше, чем её пенсия, а продавалось этих акварелек, по тем временам – немерено.

Черно рыночный курс рубля к доллару был тогда восемнадцать к одному. А я, по лету, зарабатывал в неделю до 500 долларов. Сам не торговал, раз в семь дней, подвозил новую партию акварелек, и забирал деньги. Поскольку вся валютная круговерть тогда находилась вне закона, мы меняли заработанные акварельками доллары на рубли у мажоров. Наиболее распространённые номиналы, если кто помнит, были 1, 3, 5, ну и 10 рублей. Бумажка в 25 рублей была неудобной роскошью, 50 рублей – раритетом, а сторублёвую купюру, большинство и в глаза не видывали. А теперь, представьте себе 500 долларов рублёвыми трёшками и пятёрками. Вот тут-то кофр был просто необходим.

Помню, когда я первый раз вывернул содержимое такого «кошелька» на диван при родителях, само возникшая "минута молчания" растянулась минут на пять. Ещё помню, как покупал в Московском универмаге японский видеомагнитофон по цене отечественного автопрома. Когда расплачивался, кассу закрыли на полчаса, пока кассирша пересчитывала деньги, которые я по пачке доставал из кофра.

Для обмена валюты далеко бегать было не надо. Тут же, на «Серебряных рядах»1, в углу стояла картонная коробка от телевизора «Радуга». Читатели старшего поколения, думаю, могут представить её размеры. Коробка была забита пачками трёшек и пятёрок в банковских упаковках по сто штук в каждой. Иногда нам казалось, что она сама рожает деньги, потому как никогда не пустела. Заведовал коробкой мажор Песяев, симпатичный парень, с лесгафтовским образованием. Коробка стояла прямо на земле, и мажор Песяев периодически пинал её ногой, как бы проверяя, сколько килограммов денег в ней прибавилось. 

Как то случился сюрприз, и вместо привычных трёшек и пятёрок, коробка родила 25-ти рублёвые банкноты, коими мажор Песяев и выдал мне «зарплату». Обычно, я просто сваливал в кофр деньги, считая только пачки. Но упаковка одной из них была разорвана, а четвертные, эт-те не трёшки. Что бы пересчитать, я взял пачку, да как-то неловко, и штук тридцать банкнот разлетелись по Невскому проспекту метров на пятнадцать.

Был солнечный весенний день. Фиолетовые бабочки, по 25 рублей каждая, весело порхали между пешеходами. Вы думаете, что-то произошло? Ничего, ровным счётом. Я, не торопясь поднимал купюры с асфальта, а проходившие мимо люди не обращали на это ни какого внимания. Полный игнор! Видимо, для советского сознания, данное зрелище явилось артефактом до такой степени, что, эта часть визуальной информации была заблокирована.

Через некоторое время кофр перестал исполнять функции кошелька. Появились обменники, валюта была легализована, и деньги стало удобней, да и выгодней, хранить в долларах. Ящик исчез, а мажор Песяев поменял профессию, и стал продавцом картинок. Но ещё долго семья и коллеги по цеху, называли мой кофр – кошельком.

*«Серебряные ряды» - Невский, 31, что под Думой. Один из ареалов обитания уличных художников в те времена.

Оставить комментарий

Популярные посты:

cassius

Как работает беспроцентный период по кредитным картам и как избежать переплаты

• Ранее
• Архив