Искусство переубеждать

scholar_vit — 01.05.2015

Одна из моих любимых радиопередач — This American Life Айры Гласса. Ее формат: час раз в неделю, где рассказывают разные американские истории, более или менее связанные общей темой. Тема прошлого выпуска — истории о том, как люди меняли свое мнение. Что, как отмечает Гласс, крайне редкое событие: исследования показывают, что попытка переубедить человека обычно приводит к обратному эффекту — он еще более укрепляется в своем мнении.

Первый сюжет выпуска рассказывает об удачных примерах массового изменения политических взглядов. После катастрофического для LGBT в Калифорнии результата референдума об однополых браках в 2008 году (в "либеральном, прогрессивном штате" большинство проголосовало для запрет!), организации LGBT поняли, что необходимо изменить общественное мнение. Запрет, кстати, отменили через суд, но понятно, что если общество не принимает однополых браков, то суд — слабая защита. В районы, которые проголосовали за запрет, были посланы агитаторы: они ходили по домам и разговаривали с людьми. За четыре года удалось поговорить с двенадцатью тысячами избирателей. Кстати, этот эксперимент стоил два с половиной миллиона долларов.

Так вот, очень интересно, что у них получалось, а что нет. Опыт показал, что апелляция к абстрактным понятиям: справедливость, равенство, права человека, — результатов не дает. А работает вот что: разговор о знакомых избирателю геях и лесбиянках. "Вы ведь знаете однополые пары? Расскажите о них. А как вы думаете, им обидно, что они не могут узаконить свои отношения?" Только конкретные люди, конкретное, адресное сочувствие может изменить мнение человека.

По ходу этого эксперимента было проведено исследование, результаты которого опубликованы в Science (я почему-то пропустил эту статью в свое время). Независимые опросы до и после визитов агитаторов показали, что люди действительно меняли свое мнение, причем больше, чем контрольная группа (напомню, что и без агитаторов американцы меняют отношение к однополым бракам). Интересно, что долговременный эффект, когда это изменение держалось по году и дольше, проявлялся только тогда, когда агитатор был сам геем или лесбиянкой, и обсуждал это с опрошенным. То есть сочувствие было очень адресным: я сочувствую вот этому человеку, а не людям вообще.

Айра Гласс обсуждает аналогичный эксперимент по поводу абортов. И опять, удавалось переубедить противников абортов, но долговременный эффект наблюдался только в случаях, когда агитатором была женщина, имевшая в прошлом аборт, и готовая обсуждать его обстоятельства. Личная, конкретная история, вызывавшая сочувствие.

Вопрос, возникший у меня в ходе этой передачи: это общечеловеческий эффект или специфически американский? Американская культура очень ориентирована на конкретные, адресные истории. Здешние газетные статьи куда менее абстрактны, чем типичные советские и постсоветские статьи: при разговоре о любом явлении всегда описывается конкретный Джон, Хуан или Ваня, которого это явление коснулось. Этому тут учат журналистов: фраза "What is the human interest in your story?" тут повторяется преподавателями не меньше, чем в СССР цитата из Ленина про партийную организацию и партийную литературу.

Интересно было бы провести подобный эксперимент с постсоветскими людьми. Удастся ли переубедить человека, если говорить с ним о конкретных людях, а не абстрактных материях?

Оставить комментарий

Популярные посты:

figunet

Обзор швейцарских часов: параметры механизмов Rolex, Omega и Patek Philippe

• Архив