Хуже всех

sdze — 14.05.2019 Тяжело быть девушкой в Нью-Йорке — все свободное время уходит на личную жизнь. И вот, стоит она, нарядная, глаза сияют, в проёме открытой двери — ждала к восьми и я пришел к восьми.

   - Быстрее, я сделала резервэйшн в ресторане на углу, может тогда даже на кино в девять-тридцать успеем...

  Подожди.

  И вот она слышит, что она слишком хороша для меня, что ей здорово повезло, что теперь она не будет тратить на такого говнюка своё время, что она непременно найдёт себе человека, более достойного всех её достоинств.

  Её глаза наливаются слезами, зрачки расширяются. Ведь все выходные провели вместе. Ты тоже любишь индийскую еду? Ты тоже любишь старые фильмы? Ты умеешь играть на музыкальных инструментах? А я пою! Когда мы состаримся, мы будем сидеть на крыльце, ты будешь играть на гитаре, а я петь «мио бамбино каро». Давай не расставаться. Господи, как хорошо, что мы друг друга нашли. Тяжело быть девушкой в Нью-Йорке — все время в тебя тычутся влажные, одинокие хуи.

  Я смотрю на неё - боже, какая-же она красивая. Вспоминаю, как мы сидим в кафе, смотрим друг на друга глазами, сияющими от первого поцелуя и она спрашивает:

   - Какие у тебя были самые ужасные отношения? Давай, выкладывай. Только — честно-честно.

   - А... ну... ничего в голову не приходит, - мямлю, - все были вполне адекватными дамами. Даже слишком...

   - Врешь! - выпаливает она. - Не бывает такого! Вот у меня, например...

   - А что у тебя?

   - Даже не знаю, с чего начинать! - она шумно втягивает в грудь воздух, - Тяжело быть девушкой в Нью-Йорке — даже когда долго с человеком встречаешься, иногда такое вылазит... Вот мой бывший... На шестом месяце, его начало раздражать что я использую слишком много туалетной бумаги. Прикинь? Так и сказал мне: «Дорогая, мне кажется ты используешь слишком много туалетной бумаги.»

   - Ну и что?

   - А то, что — эта фраза, как верхушка айсберга, а под водой — мутное бурление, ледяная бездна. То есть, он помнит сколько этой бумаги было, отмечает сколько стало, прикидывает насколько меньше её осталось, оценивает достойна-ли этих дополнительных расходов, считает что даже если и достойна, то явно могла бы себя ограничивать и раздражается, что я этого не делаю...

   - Глубоко копаешь. Может он просто ляпнул?

   - Ляпнул — для чего? Потому-что надеялся, что я немедленно осознаю свои ошибки, раскаюсь и буду использовать её меньше? Или искренне хотел знать, если я сама считаю, что слишком много её использую — и приглашал обсудить это? Или просто раздражение сбросил? Короче, я собрала вещи и отправилась на север штата, развеяться, прогуляться на природе.

   - А он?

   - Он каждый день звонил мне и спрашивал если я не забыла надеть свитер!

   - Вот ведь мерзавец!

   - Ладно, слушай дальше. Познакомилась там, на тропе, с одним парнем... хищный взгляд, татуировка на бицепсе, горный велосипед класса-ХС... Вечером, за обедом, он мне говорит: «оставайся у меня, я тебя трахну так, что ты еле из кровати выползешь!»

   - А ты?

   - Ну, я обычно не... но, тут приходит сообщение: «не забудь заправить машину на лукойле — там дешевле смайлик смайлик сердечко». И я осталась. Вечером, бицепс бросает меня на кровать, хватает меня за волосы, задирает голову назад и страстно целует. Срывает с меня всю одежду — включая семидесяти-долларовый лифчик из виктории-сикрет, между прочим — переворачивает меня на живот и со звоном бьёт по попе. Меня так с восьми лет не шлёпали, но тогда я вишнёвым вареньем стену покрасила, а теперь-то за что? «Эй ты, полегче!» - говорю.

   - А он?

   - А он спрашивает: «что, тебе не нравится?» «Не то чтобы не нравится», говорю, «но...» И тут он отвесил мне еще один пендель — я аж заорала. От боли, а он подумал — от страсти. А он — еще и еще... Трахает он меня, хлещет по попе, тянет за волосы... В конце концов, я выдавила «перестань», но тут он как-раз и сам перестал. Отвернулась от него, свернулась калачиком... он обнял меня сзади, поцеловал в шею и сразу заснул. Ну, я аккуратненько вылезла из кровати, оделась, схватила телефон и побежала...

   - В полицию?

   - Нет! Я до сих пор не понимаю... Добираюсь до гостиницы, звоню своему: «приезжай, мне плохо!»

   - Это сколько ж времени было?

   - Два-тридцать ночи! Но я была недалеко — всего в трех часах езды. Слушай, он был мой постоянный бойфренд, разве он не должен был все бросить и приехать, после такого?

   - А ты ему рассказала?

   - Нет, конечно.

   - Ну, так что ж ты удивляешься, что он не приехал? Пилить в деревню три часа в три ночи!

   - Нет, он-то приехал! Заходит в мою комнату, обнимает меня и я сладко рыдаю у него на плече. Ложимся спать; он расстёгивает свою сумку, достаёт зубную щетку, шмотки и два рулона туалетной бумаги! Говорит: «я захватил на всякий случай; вечно тебе не хватает, ведь...»

  Мы оба смеёмся. Тяжело быть девушкой в Нью-Йорке — вокруг то ли изощренные садисты, то ли идиоты. Но, ты — не такой. Как хорошо, что ты не такой. Все выходные тогда провели вместе.

  И вот, она смотрит на меня, её глаза наливаются слезами, зрачки расширяются. Боже, какая-же она красивая. Я бормочу что-то про остаться друзьями, но она передергивает плечами и отворачивается, бросая мне на прощание:

   - Сволочь! Ты хуже их всех!

  Я кричу ей в спину:

   - ...Хуже кого? Того, который бил или того, с туалетной бумагой?..

   - Гораздо хуже! И того, и другого!

   - Но, чем? Почему? Что я такого сделал?

   - Ты серъезно хочешь, чтобы я тебе рассказала?

  Она поворачивается ко мне, шумно втягивает в грудь воздух, открывает рот и

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив