Глобальный сепараитизм

werewolf0001 — 15.11.2019 Глобальный сепаратизм — главный сюжет XXI века / Даниил Коцюбинский. — Москва : Фонд «Либеральная Миссия», 2013.

Что мешает продумать такую теоретическую модель, которая бы гарантировала ныне существующим территориальным меньшинствам, во-первых, реализацию их права на независимость, а во-вторых, сугубо мирный и правовой характер этой реализации, обеспечивающий соблюдение прав человека и учет интересов новых меньшинств, образующихся в результате сецессии?
Когда-то многим казалось, что жестокая классовая борьба будет продолжаться до тех пор, пока в мире есть частный капитал, что капиталисты всегда будут держать пролетариат в нищете и бесправии, а тот, в свою очередь, будет всегда стремиться к уничтожению «буржуазии как класса». Сейчас об этой агрессивной фазе развития общественного самосознания если и вспоминают, то с мудрой историософской улыбкой.
Но почему тогда разговор о сецессии и региональном самоопределении всякий раз, не успев толком начаться, немедленно скатывается к мрачному предчувствию войны всех против всех? Неужели соседние народы и территории имеют меньше шансов при желании прийти к мирному консенсусу, нежели «соседние» социальные классы?
Ясно ведь, что хаосом и войной всех против всех сецессионизм грозит лишь в случае, если он агрессивен и экспансивен. Иными словами, если борьба за независимость «плавно перетекает» в этнические чистки и войну за присоединение чужих территорий. То есть за создание нового «великого национального государства» — по возможности «от моря до моря», — в котором усмирены все путающиеся под ногами меньшинства и подавлено всякое инакомыслие.
Но такая этнократическая геополитика не только не имеет ничего общего с фундаментальной региональной идеей, но и прямо ей противоречит, ибо первым делом растворяет регионы в очередном «национальном государстве». Таким образом, вместо прорыва в новую политическую парадигму происходит простой возврат к старой, морально исчерпавшей себя модели, рассуждать о которой всерьез вряд ли стоит — именно в силу ее исторической исчерпанности.
В отличие от традиционного национализма — государственнического или этнического — регионализм территориально не экспансивен. Регион имеет четкие исторически сложившиеся очертания, «расширение» которых так же немыслимо, как расширение человека за пределы его собственного тела. Поэтому разговор о создании перспективной идеологии регионализма возможен лишь при условии принципиального отграничения региональной идеи от любых великодержавных и этнократических вариаций «национально-освободительной» темы, неизбежно вступающих в противоречие с принципами свободы и демократии.
Таким образом, по сравнению с национальным региональное государство — «региональный дом» — является следующим шагом на пути развития либеральной демократии. Подобно жилищному кооперативу, «государство- регион» оказывается политическим организмом, который легко корректируется «снизу», в котором голос каждого «жильца» (в том числе каждой этнической группы) слышен и где у всех членов сообщества есть понятный и близкий им общий интерес — процветание и благополучие их общего жилища.
Регионалистский подход, утверждающий право территориальных сообществ на независимость, в перспективе способен остановить межэтнические войны в странах третьего мира и создать в них предпосылки для устойчивого развития, выведя эти страны из порочной спирали внутренних смут, полицейского произвола, коррупции и нищеты. Помощь таким странам помимо чисто гуманитарного приобретет в этом случае и экономический смысл. Логично предположить, что в итоге сократится поток беженцев, сегодня миллионами устремляющихся с «проклятого Юга» на «благословенный Север».
Регионалистский подход, возведенный в ранг международного концепта, может принести ощутимую пользу не только стремящимся к свободе меньшинствам, но и вообще всем людям, в том числе жителям зоны золотого миллиарда. Дело в том, что модель регионального суверенитета позволит жильцам «региональных домов» корректировать негативные последствия глобализации более адресно и эффективно, чем это пытаются сегодня делать большие национальные правительства, оторвавшиеся от граждан и витающие в транснациональных высотах корпоративной стратосферы.
Итак, налицо несколько политических реалий, которые никак сегодня между собой идейно-политически не увязаны, но которые сама жизнь все более настоятельно толкает навстречу друг другу.
Во-первых, созрело поколение новых бунтарей и мир вплотную подошел к фазе глобального идейно-политического обновления.
Во-вторых, идейной основой, объединяющей современной протест, является анархизм, суть которого состоит в резкой критике института национального государства, оторванного от граждан и сообществ и являющегося инструментом реализации в первую очередь интересов мегабюрократии и корпораций.
В-третьих, современные национальные государства не справляются с вызовами глобализации и приносят интересы общества в угоду интересам корпораций.
В-четвертых, неустранимые сепаратистские коллизии, существующие внутри многих современных национальных государств, являются одним из главных источников международной нестабильности и форсированной миграции беженцев с «Юга» на «Север».
В-пятых, назрел и в текущем столетии должен произойти пересмотр существующих — архаичных, несправедливых и конфликтогенных — границ национальных государств, на месте которых образуются новые самоуправляющиеся национальные сообщества регионального типа.

Давайте подумаем, чем все это кончится.
Допустим, все получили свободу, все крупные государства развалились. Что будет в итоге? В итоге - быстро выделятся лидеры, которые уйдут далеко вперед (это крупные города и прибрежные территории) и исторически развитые местности. Остальные - моментально скатятся в стагнацию, функции выравнивания больше не будет.
Лидеры - установят низкие налоги и привлекут крупный капитал. Который делиться не собирается и ему гораздо проще будет покупать лидеров малых государств, чем больших. И вообще меньше тратить на налоги. А менее развитые - рано или поздно пойдут по пути насилия, это неизбежно. Новый мир быстро разделится на блистательные города - государства, типа Лондона, Москвы, Шанхая - и постиндустриальные пустоши, где будут гнездиться банды, налетающие на города.
А крупному бизнесу будет куда проще и дешевле взаимодействовать с такими вот "одноэтажными" государствами - он то делиться не собирается.
Нам это надо?

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив