Ёлка

symbolith — 19.09.2022
Это было в другой жизни. В другой метавселенной.

Морозное январское утро 1983 или 84 года. Ещё до Горби, можно его примерно обозначить. Брежнев уже умер, а перестройка ещё не началась.

Меня, малого, ведут заснеженными киевскими зимними дворами на ёлку, детский утренник.

Привычный маршрут - Ковальский переулок, Полевой, затем тропинка через садик рядом с 8-этажкой из окна которой потом, в 90-е, шагнёт в вечность мой одноклассник. Иней на нависающих над головой ветках. Хрустит и искрится снег. Тянутся на веревочке за спиной санки. Или это меня на санках везут. Или это налипший друг на друга пласт другой памяти, как налипают друг на друга кружочки колбасы салями из "русского" магазина.

Ёлка эта выставлялась на площади рядом с памятником Пушкину у входа в одноимённый парк.

На момент написания этих строк памятник Пушкину предназначен к снесению. Как и парк, скорее всего переименуют, если только сперва не закончится морозным ядерным утром вся наша цивилизация. Как и вся наша память, рано или поздно уходит под воды времени, утопает в песках вечности. И кому это всё было нужно?

Это было время гонок на лафетах. Советская империя все ещё продолжалась, как будто тени предстоящего распада, усталостные трещины, ещё не наметились у неё под веками. Или же нет, это была тайная гниль, какой-то вирус или грибок поражающий изнутри. Так здесь, в Новой Англии, поражаются изнутри деревья. Стоит какой-нибудь серебристый клён, с виду крепкий и здоровый, а подует в бурю хороший ветер - и падает, обнажая на сломе чёрную прогнившую сердцевину.

Ёлка эта, как и всё советское, казалась шикарной издали, или вблизи при рассмотрении прищурившись. Всегда, проходя мимо, хотелось утащить что-то из украшавших её ёлочных игрушек к себе домой. Но при детальном рассмотрении мираж рассеивался, грубыми и несоразмерными оказывались эти игрушки из раскрашенного картона и фольги. Солдатиков каких-то помню, то-ли щелкунчиков. А шары? Были ли они, те шары?

Я любил смотреть на гирлянды лампочек, в детстве меня елочные гирлянды привлекали, особенно старая у нас дома, кажется привезённая кем-то из предков из Германии, "трофейная", таких уже тогда не делали и сейчас тем более не делают - а эта, что у памятника Пушкину, поражала тем, что там были полноразмерные лампочки, но цветные. Цвета были пастельные, тоже непохожие на цвет привычных ёлочных гирлянд.

Вблизи было видно, насколько грубо они покрашены, это ведь какой-то пролетарий в синей робе, должно быть, окунал их не очень церемонясь, в ведро с масляной краской. Или красил широкой и размашистой кистью, на поверхности баллонов ламп обязательно должны были остаться 2-3 прилипших волоска.

К моменту когда мы подошли, уже собрались люди, утренник уже начался, Дед Мороз, Снегурочка, всё до боли знакомое и не оставшееся поэтому в памяти, словно лёгкая рябь.

И, кажется, Дед Мороз тогда раздавал детям подарки, те что родители сами детям предварительно купили, разумеется, но протокол должен был быть соблюдён. Я не помню, если тогда мне вручили подарок, или я получил его после, уже дома. Или вообще в тот раз не было никакого подарка. Подарком было само то утро, и снег и санки.

И вот, внезапно, массовик-затейник, мастер церемонии - выделил некоторых детей по какому-то неведомому принципу - не всех - меня в том числе и поставил в ряд. И начал задавать вопросы - а кем-ты хочешь стать, мальчик, девочка?

Большинство отвечали стандартное, советское. Лётчиком, космонавтом, машинистом. Все хотели быть космонавтами.
Дошла очередь и до меня.

И тут я, совершенно без задней мысли, без намерения - язык тогда часто жил собственной интересной жизнью, по крайней мере до получения первых ощутимых пиздюлей за базар, выпалил.

- Начальником!

Повисшая пауза. И тут, взорвались громовым хохотом взрослые. А за ними и все остальные. Должно быть, думали, вот ловко мальчика родители поджучили.

И массовик-затейник тоже заржал, глазами делая знаки, что всё понимает, вот ведь, ловко поджучили.
А меня никто не поджучивал. Родители тоже были в шоке. Им было неловко.

Все расступились, давая дорогу. И мы ушли оттуда, не дожидаясь конца церемонии.

Начальником я так и не стал. Ни большим, ни маленьким. Хотя, может быть и стал в иной временной ветви, которая повернула из того морозного и весёлого январского утра куда-то в другую сторону.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Архив