Для радости.

rosa_branca — 12.03.2015

Это кресло-качалку мы купили в минувший вторник на Разбойничьем рынке.
Шли за ведерком для льда, потому что приближается лето, и пора переходить на холодное белое. А купили кресло, да.
Увидел его Хозяин. Вообще-то антикварные лавки наводят на него скуку смертную, поэтому когда он встрепенулся при виде этого кресла, я поняла: вещь стоящая.
- Сколько? - осторожно спросили мы у крохотной старушки-управляющей.
- Пусть деточка сядет, - потребовала старушка.
Мы с Хозяином переглянулись, и старушка ткнула в меня пальцем, чтобы, значит, снять вопросы, кто тут деточка.
- Спасибо, нам бы просто узнать, сколько стоит.
- Пока деточка не сядет, нет смысла говорить о цене, - уперлась старушка.
Пришлось сесть.
Кресло оказалось низкое, поэтому старушка нависла надо мной маленьким, но весьма боевым португальским коршуном.
- Ну как?
- Очень удобное, - честно ответила я.
- Покачайся, - приказала старушка.
Я послушно покачалась.
- Что ты слышишь?
- Ничего, - растерялась я.
- Вот! Не скрипит! Поэтому 200 евро.
Я поняла, почему старушка велела мне сесть - чтобы я не рухнула на землю от цены.
- Скока???
- 200, - подтвердил Хозяин. Он уже нашел ценник и явно был готов расстаться с двумя сотнями. - Ты посмотри, какая конструкция: полозья крепятся к статичным ножкам, по полу ничего не шкрябает, соседи довольны.
- Дорого.
- Ты глянь, какие крутые пружины!
- Все равно дорого.
- Дерево и бархат, прекрасное состояние. И размер как раз для нашей квартиры.
Сложив два и два, я пришла к выводу, что Хозяин, очевидно, давно и тайно поддерживает со старой сеньорой деловую связь.
- Поставим его в спальню.
Ну точно, он в доле!
Сеньора подмигнула Хозяину и сказала:
- 150.
- Хорошее предложение! - поддержал ее Хозяин.
Что ж ты делаешь, мысленно завопила я, кто так торгует! Ниже цена - меньше процент, семейные деньги на ветер!
- Мы подумаем, - смалодушничала я. - В любом случае, сначала нужно найти ведро.
Через полчаса мы вернулись к креслу.
- 200, - невозмутимо сообщила сеньора.
- Шо, опять?
- Надо было брать сразу, - как-то даже злорадно ухмыльнулся Хозяин.
- Ты на чьей стороне? - улыбаясь, прошипела я и незаметно пнула его по ботинку.
Сеньора пристально посмотрела на меня и спросила:
- Вы муж и жена? Кольцо есть?
Я продемонстрировала обручальное кольцо, сеньора одобрительно кивнула.
- Сколько лет?
- Десять.
В русском интернете выражение лица сеньоры обозначили бы термином "школота!"
- Я замужем 64 года. Ну, 59 замужем, и еще пять лет мы просто встречались.
- Так чего? Берем кресло? - мучимый желанием открыть бутылку винью верде, воззвал Хозяин.
- Да дорого!
- 150 евро, хорошая цена, - вмешалась подошедшая сеньора, на вид не сильно моложе нашей. - Очень красивое, берите, не пожалеете.
- Она сказала двести...
- Деточка, мы же еще час назад договорились - 150! - воздела руки наша.
И понеслось: молодежь теперь не то что раньше, старших не слушает, традиций не чтит, браки не регистрирует и еще почему-то все время болеет.
- Доставай кошелек, - попросила я Хозяина, который все это время рылся в подшивках старых журналов. - Могу я заплатить карточкой?
Сеньора закатила глаза, и стало понятно, что она из тех людей, которые не верят в гомосексуализм, традиционную медицину и безналичные расчеты.
- Я вам объясню, где банкомат.
Это означало - тащиться на Грасу. Метров пятьсот в горку.
И только мы отошли от лавки в направлении банкомата, вслед нам полетело громовое:
- Деточки, подожди! СТОЙТЕ, ДЕТОЧКИ!!
Старая сеньора, размахивая клюкой, устремилась за нами:
- Я покажу, где банкомат. Берите кресло, заплатите там, чтобы вам два раза не ходить.
Я произвела в уме несложные подсчеты: если она начала встречаться со своим будущим супругом хотя бы в пятнадцать, сейчас ей никак не может быть меньше восьмидесяти.
- Шоб я так жил, - пробормотал Хозяин.
В итоге к банкомату он сбегал один - я ждала его на ступеньках монастыря Сан Винсенте де Фора, размышляя о том, что если бы нам с сеньорой пришлось соревноваться в подъеме по лестнице Сауде, на себя я бы не поставила.
Когда мы вернулись в лавку с наличностью, там сидели уже три старушки. Краем глаза увидев свое отражение в помутневшем старинном зеркале, я поняла, что среди всех этих старушек, фарфора и столового серебра выгляжу сущей годзиллой.
Мы расплатились, вышли на улицу.
- Они уходят? Подождите! Стоооойте!
Мы покорно остановились.
- Мария хочет вас поцеловать!
- Кто такая Мария? - шепотом спросила я у нашей сеньоры.
- Подруга моя. Школьная.
Маленьким вихрем вырвалась из подсобки Мария, обняла Хозяина, обняла меня и, пристроив седую голову где-то у меня подмышкой, громко призвала:
- Смотрите все! Смотрите, какая она большая и красивая!
Однажды Дина, моя португальская подруга, объяснила происхождение этого всеобщего восхищения: "У вас светлые волосы, высокий рост, славянские черты лица - вы другие. А мы так устроены, что все другое, непохожее на нас, непривычное, воспринимаем как чудо". Я тогда пометила себе, что не надо относить португальские восторги на свой счет, и успокоилась. Но все это время скребся в голове один неловкий вопрос. Возможно, крошечная восьмидесятилетняя Мария могла бы на него ответить.
Я мысленно составила португальские слова в предложение и медленно, чтобы она поняла, спросила:
- Вы меня не боитесь?
Будь моя физиономия менее растерянной, это могло бы прозвучать зловеще. Но прозвучало идиотски.
- Да бог с тобой, деточка, - ответила Мария и погладила меня по щеке. - Чего же бояться. Господь сделал людей разными не для страха, а для радости.


UPD Кресло в итоге захватил угадайте кто.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив