Детство, мое дорогое детство 2 | ПРИСТАНЬ ОПТИМИСТОВ
![топ 100 блогов](/media/images/gidepark.png)
У меня была ничем не объяснимая тяга к походам. Мы с трудом терпели нашего преподавателя географии, вешали на него всех чертей и сотни кличек, но в поход можно было пойти только с ним.
Наш класс вел с ним не прекращающуюся войну и как в настоящей войне успех переходил от одной стороны к другой. Мы всем классом могли заявить, что задания не было, что он нам обещал фильм, что планировалась политинформация…
Но, начиная с апреля, военные действия с нашей стороны прекращались полностью, инициатива переходила в руки противника. Он устраивал проверочные и зачеты, он задавал по три параграфа. Мы без конца чертили контурные карты…
И вот конец мая, списки отряда составлены, справки у врача получены, разрешения родителей в кармане.
Мы приступаем к составлению планов летней военной кампании. Роли распределялись с учетом способностей и наклонностей. И еще мы обязательно тащили с собой козла отпущения, это был максимально не спортивный мальчик с избыточным весом.
На станции юных туристов мы получали продукты и распределяли их по рюкзакам, нам выдавались списки с минимальным набором одежды, которую мы обязаны взять с собой. И еще было то, что мы брали добровольно для обеспечения военных действий.
Мы едем несколько часов на автобусе и выходим недалеко от небольшой речки. Отсюда двадцать дней пешего похода. Карта есть, компас тоже. Лес звенит от птичьих голосов и непередаваемый аромат разнотравья опьяняет. Прошагав некоторое время молча, мы начинаем петь. Репертуар отработанный: революционные, потом военные, потом Высоцкий. Препод оглушенный нашим пеньем не прислушивается, и мы отрываемся по полной.
Обед готовится по старой схеме: котелок, вода, картошка, специи, тушенка все приправленное дымком. Юрка разливает варево по мискам и мы передаем их друг другу, преп куда-то отошел и ему брякают в миску большой шматок горчицы. Народ дружно лопает, преп, который на время похода стал географом, давится и подозрительно смотрит на нас. Поели и пошли на речку мыть посуду. Отдых под кустами и подъем.
Географ не курил, а мы уже пробовали, втихую. Жирдяя ставили на стреме. Мы его брали для сохранения своей энергии, ведь в походе скорость определяется по самому слабому или медленному…
Дошли мы до подвесного мостика через горную речушку, вода в ней холодная и вкусная. Но переходить страшновато – канаты по сторонам и доски под ногами. Пока мы стояли, местная бабуля перебежала туда и обратно.
Мы медленно перебрались, мостик скрипел и качался. Жирдяй, ой, Ленька, стоял и, бледнея, тряс головой. Боялся. А кто не боялся? Пацаны сбросили рюкзаки и помогли ему.
Географ пролетел мостик, не глядя.
Потом ужин и байки у костра. Спать в десять по команде.
Палатки уже стоят, ветки нарезаны, спальники разосланы. Ложусь, ноги, вымытые в холодной воде, приятно гудят. Хорошо, но это еще не конец. Как географ засыпает, мы снова покидаем палатки. Тихонько набираем светлячков и, вылив воду, складываем их в котелок, накрываем, хихикая, расползаемся.
Среди ночи раздается дикий вопль. Ради этого мы и старались. Географ имеет привычку пить ночью. Открывает котелок, а там голубоватая каша из светлячков. Утром дежурный их аккуратно высыпает в кусты.
Потом мы останавливались на пасеке у старого деда. Он нам объяснял какие пчелы умные и от души накормил медом, даже с собой дал, мы вечером подарок прикончили, а в банку манку с горчицей намешали… Сработало.
Через неделю похода мы поняли, что с толстеньким промахнулись, он неожиданно для всех стал очень резвым и ни в чем нам не уступал. Но тут повезло мне, я неудачно спрыгнула с дерева и охромела на несколько дней.
Потом мы дружно сорвались с обрыва и три дня лечились в деревне из пяти дворов. Нас поили чаем из травок и закармливали медом. Василинка приносила нам ведро утреннего молока, и мы его старательно уплетали с теплым черным хлебом. Хорошо сорвались, в общем.
Поход был с какой-то познавательной целью, мы делали фотографии, записывали что-то, А еще мы слушали сказки в деревнях, гладили быков и получали за это, играли в футбол и наслаждались природой и свободой. И это самое лучшее в тех походах…