Дело номер 39

gipsylilya — 20.08.2012

Фильм примечателен уже тем, что в нём играют Рене Зельвегер (aka «Бриджет Джонс») и Джодель Ферланд (aka «странная девочка из Страны Приливов»). Интересно, что одиннадцатилетнюю девочку Джодель играла в свои четырнадцать, притом очень убедительно; Рене же, двадцать лет назад — ходячая кукла Барби, с каждым фильмом всё лучше раскрывается как актриса и уже давно, по счастью, не стесняется корчить некрасивые гримасы, когда того требует сцена.

Фильм мне было смотреть по-настоящему страшно и интересно; то есть, очень хороший триллер, рекомендую. Работник социальной службы, наставляющая на путь истинный трудных детей и трудных родителей, Эмили с помощью друга-полицейского спасает одиннадцатилетнюю девочку Лилит в тот момент, когда родители пытаются живьём запечь её в духовке. Затем она добивается того, чтобы Лилит жила с ней, а затем… начинает разделять желание её родителей зажарить девочку.

Помню, когда-то давно, читая рецензию на фильм «Юленька», я «зацепилась» наблюдением автора рецензии о том, что как-то странно стали снимать много фильмов о Страшных Маленьких Девочках, испорченных из глубины, опасных для окружающих по своей сути и изначально.

Сперва я мысленно предположила, что, должно быть, когда милая маленькая девочка оказывается монстром, это — страшнее любой другой ситуации со спрятанным монстром.

Однако с тех пор утекло немало воды. Я видела немало фильмов с монструозными маленькими девочками и… познакомилась с показаниями и оправданиями мужчин и женщин (обычно я против этого словосочетания, но тут не могу сказать: людей), практикующих сексуальное и физическое (вплоть до изощрённых убийств) насилие по отношению к своим дочкам и внучкам. Вот что удивительно: то, какими показывают своих маленьких жертв насильники, истязатели и убийцы, и то, какими показывают юных героинь эти фильмы, не просто очень похоже… де факто, это совершенно одинаковые взгляды на них и рассказы о них. «Она была настоящее маленькое чудовище… дьявольской хитрости, всё делала назло, изводила меня… все беды в моей жизни случались из-за неё, все, любого масштаба… она сама желала мне смерти / меня соблазняла / провоцировала!» В конце таких фильмов, заметим, девочку, как правило, зверски убивают (Юленька тут всё же исключение), что только добавляет ощущения некоторой общности.

Особенно подчёркнуто это сходство, пожалуй, именно в деле номер 39. Чего хочет ОНО, которое демон в обличье маленькой девочки с армянским именем? ОНО говорит само: «Красивые платья. Есть мороженое. Общаться с другими детьми. Не оставаться дома одной, особенно ночью. Я хочу того же, чего ты хотела от своей мамы: чтобы мама любила.» Заметим, ОНО говорит это, когда Эмили находится в состоянии крайнего ужаса и кажется, что сейчас будут инфернальные откровения. Это и подаётся, как инфернальные откровения. Но высказываемые желания свидетельствуют: ОНО по сути и есть обычная маленькая девочка, о которой зачем-то рассказали очень страшную историю с мучительной смертью в качестве хэппиенда.

Наверное, тут надо сделать какой-нибудь вывод (даже в статье по электроснабжению, как недавно я узнала, требуется мораль), но я скажу только, что меня пугает, насколько распространены фильмы, совпадающие в описании девочек и оправдании насилия над ними с рассказами детоубийц, домашних истязателей и мужчин, насилующих своих дочерей.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив