Cкандал с буквой D

picturehistory — 26.08.2025

В Англии температурит демократия. Не в первый раз, конечно. Случались недуги и острее. С Божьей помощью врачевали. Нынешний оказался, однако, на редкость затяжным. Начался в феврале, заставил премьера Вильсона «съесть собственные слова», дал осложнение в форме парламентского скандала и... неизвестно, когда утихнет. В английской прессе он получил название «скандал с пометкой D». Этой буквой правительственный комитет службы печати и радиовещания помечает информацию, до которой, по его мнению, широкой публике дела не должно быть и печатать которую газетам не следует.

Такая «добровольная цензура» существует в стране многие годы по обоюдному согласию между правительством и владельцами газет. Но в один февральский день корреспондент «Дейли экспресс» Чэпмэн Пинчер принес своему редактору новость: служба безопасности регулярно просматривает все частные телеграммы из-за границы и за границу. Этой «новости», правда, было более 40 лет, поскольку разрешение на тайный контроль за телеграммами было дано службе безопасности парламентским актом еще в 1920 году. Правда, англичане жили в счастливом убеждении, что тайна переписки охраняется законом, как тому и положено быть.

Редактор «Дейли экспресс» — тертый калач и, надо полагать, не разделял такого убеждения. Но, во-первых, он уловил в «новости» сенсацию, а, во-вторых, «Дейли экспресс» — консервативная газета, а правительство лейбористское (лишний ка мешек в его огород мог пригодиться на будущее), и отчет Пинчера был напечатан, хотя комитет службы печати и пометил его буквой «D». Англичане были шокированы. Вильсон вскипел и обвинил газету в извращении фактов. Учинили расследование. 28 февраля, объявляя о создании специальной комиссии, премьер заявил палате общин:

«То, к чему стремится правительство, — это назначить комиссию в помощь известному судье из двух старейших деятелей, которые имеют право претендовать на доверие всей палаты в подобных делах, и положиться на их суждение в этой очень сложной проблеме». После трех с половиной месяцев комиссия опубликовала результаты расследования и... отвергла обвинения Вильсона. Шум по этому поводу заглушил на несколько дней даже сообщения о ближневосточном кризисе. Но главное было еще впереди: премьер отказался «положиться на суждение деятелей, которые имеют право претендовать на доверие всей палаты», и отверг выводы комиссии.

Ахнула даже неплохо в целом относившаяся к нему «Дейли мейл»: «Мы понимаем, что премьер переживает тяжелые времена, но зачем показывать это!» Консерваторы, понятно, тотчас же спекульнули на скандале и внесли в палате резолюцию, равносильную вотуму недоверия. При большинстве лейбористов в 97 мандатов шансов на успех у тори, конечно, не было. Вильсон провел в палате свои выводы, изложенные в спешно подготовленной «Белой книге», в которой, помимо прочего, обещано и «упорядочить в будущем практику с пометкой «D». Самое интересное во всей этой истории заключается, однако, в том, что при всех разговорах о демократии и свободе слова никому в палате общин и в голову не пришло вспомнить о свободе и тайне переписки и усомниться в правомочности закона 1920 года.

В. Оcипов "За рубежом"

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив