ч. 271

Человек с древности отдалялся от природы. Кому первому пришла в голову мысль, что он умеет мыслить, неизвестно, но ухватились за неё многие. Вторая благая мысль, разумеется, была, что умеет мыслить только он. Самыми отпетыми поборниками мысли были Декарт, Спиноза и, конешно же, Паскаль - все, наверное, помнят: "Величие человека в его способности мыслить" и про мыслящий тростник тоже.
Третья мысль - о себе, как мыслящем - пришла в голову Лейбницу и называется самосознание, которого, вне всяких сомнений, природа лишена. Потом посыпалось. Рефлексия (П. де Шарден), свобода воли, - кстати, интересно, что свободы воли животных лишил тот самый Шопенгауэр, который до того это же самое неплохо проделал и с людьми, но потом, помыслив, вернул для них отдельно в неком "познании волей своей сущности", которое обещал разъяснить. "Человек - это животное, способное обещать", - Ницше, как видно, тоже работал над вопросом.
Наконец, дух. Это такая штука, которую никто не видел, поэтому говорить о ней можно разное и помногу. Даже если это дух простого дворника, а уж если Мировой Дух... Благодаря этому самому духу "человек - существо, превосходящее себя и мир" (М. Шелер). Вот так. Животным, само собой, возбраняется даже слабый душок.
А ведь ещё параллельно со всем этим весьма распространённая уверенность, что у человека тело животного, а душа божественна (Кузанский, Эразм, да несть им числа).
Справедливости ради следует заметить, что Фейербах всё же вернул человеку тело, наделив "разумом, любовью и волей", опять-таки, в отличие от животных.
Теперь возьмём кленовый лист в сентябре. Можно ещё апрельский рассвет, или бег лошади по степи - кому что по душе. Вот смотрим на этот несчастный лист и чувствуем, что внутри что-то переворачивается. Пришпандориваем к этому "что-то" по очереди мысль, самосознание, рефлексию, свободную волю (если дастся) и даже дух (если поймаем). Любой стороной. Не пришпандоривается.
"Фи," - скажете, - "эмоции! Это несерьёзно. Понижение градуса мысли. Эмоции и у животных есть."
Немного о "фи". Аристотель изо всех сил пристраивал добродетель к смыслу жизни, но всё-таки сполз на удовольствие, пусть даже и в добродетельности. Остальные многие и не стеснялись: смысл жизни, счастье - в удовольствии, или наслаждении. У некоторых - в умерщвлении их, в чём, вероятно, своё удовольствие. А вы говорите - эмоции. Фрейд даже усмотрел "происхождение прекрасного из сферы сексуальных ощущений". Вы всё ещё смотрите на кленовый лист?
А градус, действительно, понижать нельзя, по себе знаю. Посему домашнее задание, над которым бьюсь много лет: найти обратную связь между красотой природы и человеческим её восприятием, взаимодействие их. Говоря последними словами: является ли красота природы лишь объектом, или ещё и субъектом мироздания, как и человек, а может быть, даже в большей степени?
(Кстати, то, что ворочается внутри от кленового листа - не удовольствие, а щемящая какая-то тоска.)
П.Н. Некую отличительную способность человека можно сформулировать так: человек - животное, убивающее для удовольствия (наслаждение оно ж). Если б он не отвлекался на себе подобных, ничего живого вокруг бы уже не осталось.