цензор (censor) – реж. прано бейли-бонд (2021)

чуть ли не главный недостаток картины состоит в том, что прано бейли-бонд – это не питер стрикленд, иначе из этой к финалу совсем  уж «потёкшей» и расклеившейся истории мог бы выйти весьма убедительный и впечатляющий дубль «студии звукозаписи «бербериан», ярчайшему примеру «кино о кино о кино». «цензор» начинается очень лихо, исключительно захватывающе – плохо, что этого запала хватает максимум на первую треть картины, вторую треть он умудряется проскользить на наработке и удерживвать внимание, пока к финалу сюжет не теряет очертания, артикулированность и не сползает в какие-то полупсихоаналитические-полусоциальные речевки, с которыми даже очень умелая камера не может справиться. не зная, что ей нужно выражать. наиболее общё: мастерки выстраиваемая двусмысленность зачина скатилась в расхожие тропы в финале и тем самым ликвидировала интерес к тому, что могло а) закончиться открыто; б) разворачиваться неопределенно; в) проговаривать не самые «безопасные» месседжи. такое впечатление, что и над лентой 2021 года нависала тень того самого искомого цензора, о котором фильм пытался рассказать.

то есть – о цензорше. естественно, героиней оказывается девушка, как если бы кино до сих пор не  переступило порог представлений о том, что там, где начинается паранойя, идефикс, одержимость в контексте «преступных страстей» жанра (джалло, сплаттер, готика), - там должна быть героиня, хотя уже картина стрикленда показала, что это пережиток старого и излишества стереотипизации. героиня цензурирует фильмы ужасов и всевозможную кровавую муть, пока нечто не выводит в ней воспоминания о некогда пропавшей сестре в «активную фазу» и героиня не слетает с катушек.

можно, конечно, сказать, что происходит слияние субъекта и объекта, что героиня, пересмотревшая по долгу службы трэша, наконец-то поверила в него и свихнулась. собственно, именно так в фильме всё и выглядит, даже финальная вроде бы двойственность продемонстрированной картинки. но это случается потому, что режиссёру-сценаристу надо было как-то историю завершить, а как завершать – было не вполне ясно. зачин прекрасен, актриса – выше всяких похвал, направление сюжета – столь же воодушевляюще, но при этом «итого» картины поражает своим унынием. не спасает ни прекрасный визуальный стиль (также портящийся к концу истории), ни судорожные попытки удержать рассказ в плоскости двойственности – нет, тут совершенно очевидным становится то, что плохое искусство побеждает, «жанр» – преодолевает смысловые границы, а мораль и психика потребителя – это слишком нежные категории, легко поддающиеся внешнему влиянию. жестокость порождает жестокость, даже если связь не прямая, а опосредованная. слишком однозначно, слишком прямолинейно – и слишком быстро спущено в унитаз, безо всякой жалости к задумке. а жаль.