Цена свободы

geotales — 15.04.2014 - Друзей после сорока не заводят.

- Это почему? - обернулся я на слова Мишки, когда мы толкали чертову машину в очередную чертову горку. Бензин кончился как всегда неожиданно, кто бы мог подумать, что контрольная лампочка в прокатной повозке давно перегорела. Не узнаешь, пока не застрянешь посреди дороги.

Он остановился, влез в салон и хрустнул ручником.

- Все друзья уже есть в твоей жизни. Со двора, из класса, с института, из армии. Душевные силы теперь тратятся на то, чтобы сохранить их, а не чтобы набрать новых.
- Конечно появляются приятели и знакомые. Но тут как в бизнесе, или тебе что-то от них надо, или им. Бескорыстия не бывает. - продолжил мой новый знакомый и приятель.
- Фигню городишь, ей богу. Мне вот от тебя ничего не нужно.
- Про тебя я так пока и не понял)))



В понедельник утром у меня закончились деньги. Контрольная лампочка на бумажнике горела не переставая уже целую неделю - и вот я наконец разменял в магазине последнюю десятиларовую бумажку. Купил бутылку минералки и горсть конфет, конфеты сунул в карман для знакомых деревенских детей, от бутылки отхлебнул - и пошел в сторону Шоссе с мыслью "что-нибудь придумаю".

Попуток в сторону Батуми не было около часа. Турецкие фуры размером с приличный товарняк неслись без остановок, тратить оставшиеся пять лари на маршрутку в моем положении было чистым расточительством.

Мишка стоял на обочине, развернув бесплатную карту из туриноформации на капоте и крутил навигатор, пытаясь разобрать его знаки на тусклом экранчике. Пройти мимо было нарушением всех законов гостеприимства, и я не прошел.

Через пару пристрелочных вопросов и ответных шуток мы познакомились.
Через пять минут уже ехали в его прокатной машине в сторону моря.

Через час - сидели в батумской кафешке на улице Ленина и пили пиво. Вернее, пиво пил я, дразня трезвого автолюбителя запотевшим пивным бокалом, а он в ответ цедил столь же ледяную минералку, и делал вид что пива совершенно не хочет.

Он вырвался из своего ненастного Питера, совершенно выдохшись на работе, хлопнув дверью и послав всех на неделю.

- Если бизнес не может протянуть без тебя несколько дней, значит ты не тем делом занялся, - пояснил, неумело подцепляя вилкой хинкалину за хвостик под тихое ржание официантов. - Мать вашу, как их едят вообще?

Я показал. Потом показал город и окрестности. Потом - вид на них с канатной дороги.

- Слушай, а поехали со мной? - сказал Мишка, впечатленный панорамой и моим радушием.
- Поехали!
- Даже не спросишь куда именно?
- Да пофигу. Я свободный человек. Могу делать что хочу.

- Я ведь вообще этой страны не знаю. Италию изъездил вдоль и поперек, в Испании у меня дом на берегу и два магазина. Сингапур со всякими окрестными малазиями вообще как дачный поселок, раз в полгода мотаюсь. А тут...

Он обвел это "тут", лежащее внизу под нашими ногами, расстилающееся до турецких гор на горизонте слева и абхазских - справа, всю эту дугообразную долину с реками и кукурузными полями, мандаринниками и виноградниками:

- Тут я впервые в жизни. Друзья все уши прожужжали, поезжай, там такое, там столько, там такие..!
- Ага, я вот так же приехал. Смотри не останься через неделю насовсем, серьезно.
- Да какое останься, у меня и билет уже на субботу, обратный. И машина на неделю всего, в аэропорту сдам и - привет, родные болота.
- С другой стороны, неделя у нас точно есть))



За неделю мы сделали всё, о чем может мечтать компания из двух веселых мужиков, предоставленных самим себе. Уговор был вполне в бендеровском духе, бензин и бабло - мишкины, идеи - мои. А чего-чего, а идей у меня...

Мы катались на ржавых канатках в Чиатуре, пили с горла черное тягучее кахетинское из пластиковой бутылки, стреляли из двухстволки по голосящим уткам, переходили вброд ледяные горные речки - Мишка бухтел про "вечерний звон" и "потомство я уже заделал, можно отмораживать нафиг". Мы ловили форель руками, месили тесто для лепешек мчади, меняли пробитые колеса и толкали машину с внезапно опустевшим бензобаком. Спали в промерзшем гестхаусе спиной к спине под ворчание "будешь ночью приставать - зарежу бритвой" - "не надейся, ты не в моем вкусе".



В пятницу, последний Мишкин грузинский день, на вершине горы Кохта в Бакуриани, куда нас занесло покататься на узкоколейке, и куда мы сдуру поперлись пешком в бескислородном пространстве - 2200 метров над уровнем моря, - его наконец отпустило.

Он стоял на самом верхнем камушке, раскинув руки как в Титанике и орал на весь мир: "АААААааааааАААААААА!!!!" Я сидел на соседнем камне и смотрел на самого счастливого мужика на свете.



- У каждого своя цена свободы. - глотая гласные буквы, запивая их восьмым стаканом саперави, бормотал Мишка через три часа, когда мы, мокрые, уставшие, с обгорелыми на горном солнце руками и мордами, наконец спустились в Боржоми и упали на террасе кафешки рядом со стадионом.

- Цена свободы, это... это такая штука... это... вот ты свободный человек, как ты говоришь... но ты... ты же тоже платишь за это свою цену, ведь верно же.

Я промолчал.

- И я... я тоже плачу...
- Не плачь)))

- Дебил, я же серьезно сейчас! - он ловко схватил хинкалину за хвостик и надкусил ее бок, выпивая божественный сок, моя школа. - Я вот... за всё это... за все эти дни тут... вот когда меня отпустило тогда, так я... блин... я готов, ну не знаю...

- "Будете у нас на Колыме..."
- Черт, у меня даже твоего телефона нет... только что вспомнил.
- У меня нет телефона. Я же говорю, свобода.

- Правда? Охренеть. У меня этот телефон... как собака, как охранник, шаг влево. шаг вправо. Ненавижу!!! - Мишка резко вынул айфон и с размаху кинул его об каменную плитку на полу, полетели пластмассовые брызги.

- Лучше бы официантке подарил, в счет чаевых.
- Да пофигу. Новый куплю. Придется, все равно же. Ты... ты правда не хочешь денег?
- Я тебе уже говорил. Свободному человеку не нужны деньги))
- Не понимаю, вот честно. Всю жизнь хотел попробовать так... жить. Фейсбука у тебя тоже нет?
- Разумеется. Ничто не заменит радость живого человеческого общения.
- Блин... давай я тебе хоть джинсы куплю новые.
- Мозги себе купи, идиот.

- Ладно, не обижайся. Правда. Ты мне теперь больше чем друг. Это была лучшая неделя в моей жизни. Спасибо тебе огромное.



Утром я встал по заведенной местной привычке в половине седьмого, с первыми воробьями. Мишка дрых в своей кровати, уставший от гор, деревень, церквей, еды и вина, наполненный впечатлениями на несколько месяцев вперед. Разбудить его могла только петропавловская пушка, ну или будильник на тумбочке, заведенный мной на одиннадцать часов - как раз чтобы успеть прийти в себя, собраться, доехать до Копитнари и сдать машину, а там и регистрация начнется.

Бумажник лежал во внутреннем кармане куртки с аршинными буквами "Пол и Шарк". Я пересчитал купюры, сунул себе в джинсы, потом подумал и вернул одну, в пятьдесят евро. Позавтракать и добраться до аэропорта ему хватит, а там - банкоматы и цивилизация. Испанские дома, два магазина, бизнес в Питере, жена, дети, собака, школьные и институтские друзья. Переживет.

Снова пересчитал. Несколько сотен лари, которые мы не успели прокутить вчера. Рубли, скорее на память. И наконец шесть купюр по пятьсот евро. До осени точно хватит.

Друзей после сорока не заводят.

Я обтер носовым платком все ручки в комнате и пару стаканов с остатками вчерашнего саперави. Потом спустился к машине, проделал то же самое с рулем и передней панелью - скорее по привычке. Вряд ли он пойдет в полицию, да и не успеет, до самолета всего несколько часов.

У каждого своя цена свободы.

Не оглядываясь я пошел к автобусной станции. До первого рейса в сторону Кутаиси оставалось десять минут.

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив