Былое для дум

diak-kuraev — 02.02.2016 "... В самом конце 60-х годов к о. Всеволоду обратилась прихожанка Агриппина Истнюк. Она представилась духовной дочерью старца Павла, человека удивительной святости и абсолютной прозорливости, которому была открыта воля Божия. Отец Павел, иеромонах Данилова монастыря (в миру Пётр Васильевич Троицкий) был одним из сотен тысяч российских мучеников за веру. Он подвергался арестам, в 1939 году был осуждён Особым Совещанием при НКВД СССР и этапирован в лагерь. По словам Истнюк, иеромонах Павел, выйдя на свободу после пятнадцати лет заключения и опасаясь новых гонений, ушёл в затвор в тверских лесах. Проживая в тверской провинции под станцией Кувшиново, он в духе видел и слышал всё, что происходило и на приходах, и в частной жизни московских священников и прихожан. Отец Всеволод вступил в переписку с тверским отшельником, и вскоре старец сделался его духовным отцом. Иван Шпиллер вспоминает: «о. Павел, с которым папа никогда не виделся, стал для моего отца, для всей нашей семьи <�…> тем, кем четверть века до отъезда из Болгарии в Россию был для нас владыка Серафим» [4].

Отец Всеволод верил в прозорливых старцев. В молодости большое впечатление на него произвёл юродивый, встреченный по дороге в Рыльский монастырь, куда он направлялся на послушание, и приветствовавший его словами: «А, Севочка пришел, Севочка… Ты слушайся Серафима, слушайся…». Он не знал, что настоящий иеромонах Павел Троицкий погиб в сталинском концлагере в сороковые годы [8], а честное имя мученика использовалось госбезопасностью для прикрытия операции по противодействию диссидентскому движению в церковной среде [9]. Не знал он и того, что связные старца уже не первый год действовали в московских приходах, предлагая интеллигентным русским мальчикам, протянувшимся к Богу в поисках выхода из духовного одиночества, задавать вопросы и писать письма прозорливому отшельнику [10], и направляя их активность в безопасное русло конформизма...

Старец критикует А.И. Солженицына и священников-диссидентов. «Жаль о. Дмитрия <�Дудко>, он сам себе роет яму. <�…> Он убеждён, что страдает за веру православную, а самого главного не понимает, говорит он о том, о чём надо молчать. Зачем искать защиты за границей?» [2]. Как далеко всё это от церковных представлений о старчестве, выраженных в словах Симеона Афонского: истинный старец — не политик, а наперсник Царя Небесного! Советы, даваемые старцем, по сути являлись приказами для верующего человека: «такова воля Божия», «нет на то воли Божией», «это не моя воля, а Божия. Вы же что хотите, то и принимайте». Это водительство принесло Советскому Союзу существенные политические дивиденты в 1974 году, когда о. Всеволод в интервью, опубликованном советским Агенством Печати Новости, подверг жёсткой критике А.И. Солженицына, высланного из страны, обвинив писателя в нехристианских взглядах и в стремлении расколоть Церковь [12].

Примечательно, что о. Всеволод ни разу не встретился со старцем лично, и всё общение происходило через письма, передаваемые через Истнюк.

http://lebed.com/2013/art6141.htm

см. также http://krotov.info/yakov/5_russia_moi/20_ru_moi/agrippina.htm

Оставить комментарий

Популярные посты:

• Ранее
• Архив