Без названия
gipatalamus — 18.08.2025
в городском саду, я помню давали джаз.
а потом конферанс:
" теперь, господа, для вас
из столицы проездом, по ваши души -
куплетист, престарелый любовник с нечистым ртом,
а потом виртуоз-балалаечник,
а потом...
а потом эквилибр".
а потом выходила Катюша.
выходила и заводила, сидящих вблизи мужчин.
Солнце ситец её просвечивало до причин.
а мужчинам, что?
добраться бы до причины,
то есть до самой сути, до сердцевины,
до корней, оснований,
как об этом писал поэт.
вот они и сопели,
и солнечный жёлтый свет,
проходя через ситец бледнел, становился плавым.
"ну и ну - говорил я тогда себе.
ну и ну..."
осыпалась акация,
было тепло, на углу
улиц Лассаля и ГАваной,
в джезке варили каву.
и цветастые бляди,
прознав, что в порту француз,
малевали ресницы, надеясь, что нынче туз,
козырной долгожданный,
выпадет на раздаче.
тётя Ева варила кофе и тихо мне
говорила:
"ты бачишь, ингеле?
жизнь-вполне...
жалко дочка уехала."
"жалко конечно.
бачу..." -
я тогда отвечал ей,
и шёл на бульвар и там
сев на скамейку, в тень, под густой каштан,
слушал курортника, в крутые обутого "сабы",
в джинсах дырявых, словно осенний лист,
говорящего спутнице:
" зырь, это ж Пушкин!
его дантист
завалил
я б их всех, будь-то воля моя - загрыз..."
и хлопнув её по заднице -
"из-за бабы...".